Испытание молчанием стр. 161
может разглядеть, выглядит ли лицо Джея более потрепанным, чем обычно, она подозревает, что ответ – «нет». Ведь это для нее все поменялось, а для него это лишь еще один его день. У Джея было четыре года, чтобы приспособиться к этой реальности, а у Винни – лишь несколько часов.
«Как же он это все время делает? – спрашивает себя Винни. – Как ни в чем не бывало, будто и не провел всю ночь в отчаянной борьбе за жизнь?» Может, охотники его раньше и не подбивали, но это не значит, что он всегда ускользал от других кошмаров.
Иначе зачем ему хранить этот уму непостижимый красный сосуд с туманом в ящике стола, если не для того, чтобы спасаться каждый раз, оказываясь на краю гибели?
Винни минует полосу препятствий, чьи канаты и подвесные деревянные платформы застыли под холодным ветром, тайком проникающим из соседствующего с усадьбой леса – царства лесного духа. Там, впереди, на столах возле стрельбища Джей расположил блочные луки и колчаны со стрелами. По комплекту для каждого из своих охотников.
Удивительно, как много эта, казалось бы, маленькая деталь – аккуратное расположение орудий именно там, где он хочет поставить каждого человека, – может рассказать о нем. О том, как он хорош в своем деле. Как он старается делать его на совесть.
А когда он играет на гитаре, даже не поднимая глаз на зрителей, он вливает свою кошмарью душу в каждую песню.
Услышав наконец шаги Винни, Джей резко разворачивается к ней лицом. В руке – блочный лук. Это его собственный лук, замечает Винни. Тот самый, который он давал ей несколько недель назад, когда они впервые ходили в лес тренироваться вместе.
Над его головой скользит солнце. Никакой тьмы – только свет. И когда Винни подходит, в его подбородке подрагивает мускул. Его глаза – эти серые-пресерые глаза… Что-то заставляет его зрачки пульсировать, и это не просто сильная усталость. Но что тогда?
Винни не знает. Когда-то она буквально читала его мысли – нынче все это скрыто от нее. Но она всем сердцем надеется, что постепенно изучит все его новые черты и движения. Ведь он – намного больше чем просто иллюстрация в ее скетчбуке.
– Поспать удалось? – спрашивает она, когда между ними остается несколько шагов. Чтобы поймать его взгляд, ей приходится задрать голову.
– Часок-другой, – отвечает он. – А тебе?
– Часок-другой, – вторит она. А потом качает головой, ведь пришла сказать совсем не это.
Она пришла сказать очень простую фразу, которую так легко разобрать на доске:
Ты (подлежащее) мне (дополнение) тоже (обстоятельство) нравишься (сказуемое).«Ну, сделай это, – подстрекает она сама себя. – Ты же в лес за ним ходила. Уж после этого он наверняка догадывается о твоих чувствах. Теперь просто скажи это вслух, Винни».
Но она ничего не говорит. Только подталкивает свои перекошенные очки вверх по переносице и пытается не дать зубам пуститься в пляс.
При этом Джей продолжает смотреть на нее так пристально, что ей становится не по себе. А еще она уверена, что, если он сожмет свой лук хоть немного крепче, тот сломается пополам.
Ну, сделай это. Сделай это.– Ты мне нравишься! – выпаливает она. Выходит громко и резко. Ничего общего с тем деликатным признанием, которое она