Библиотека

Юность Маши Строговой стр. 70

Размер шрифта
-
+
Тема

щель, добежал до стены и сломался.

…На восходе солнца Машу разбудил крик петуха. Она оделась и, поеживаясь от утренней свежести, вышла на улицу. Вдали за околицей дымилось невысокое облачко пыли — прогнали стадо; в траве и на листьях, словно омытых за ночь дождем, блестели крупные капли росы. У правления колхоза, под рябинами, стоявшими рядком вдоль окон, толпилась кучка девчат. Маша узнала миловидную Настю Бочарову. Она вытянулась, как сосенки у станции, и все знакомые девочки подросли — это были ученицы Пелагеи Федотовны.

— Здравствуй, Маша! — окинув ее любопытным взглядом и чуть конфузясь, сказала Настя. — Вот комсомолок собрала. Самостоятельности добиваемся! — краснея и оттого становясь еще привлекательней, громко говорила она, поглядывая на раскрытые окна правления. — Председатель колхоза у нас несговорчивый. Беда нам с председателем!

— Чего вы добиваетесь? — спросила Маша с невольной улыбкой — так мила была сестренка Сергея.

— Добиваемся, чтобы нас всем молодежным звеном на самостоятельную работу послали. А председатель колхоза оспаривает. "Разобью, говорит, вас по разным звеньям. Для укрепления, говорит, рассую вас туда да сюда". Знаем мы эти хитрости! Не доверяет, так и запишем…

— Мы еще в школе сдружились. И в комсомол вместе в школе вступали, — подхватила Настина подружка, которая слушала Настю, подперев щеку рукой и в такт ее словам согласно кивая.

— Не на пользу они нас разбивают!

На крыльцо правления вышла Авдотья Васильевна Бочарова, председатель колхоза. Черная коса кольцом лежала у нее на голове, смуглые щеки побледнели и, казалось, опали. Авдотье Васильевне плохо спалось в эту ночь — глаза окружали желтоватые тени.

Настёнка устремилась к матери:

— Что надумала, мама?

— Слушай меня, молодняк! — обратилась Бочарова к девчатам. — Соглашаюсь ваше желание уважить. Молодежное звено нынче выйдет самостоятельно на окучку картофеля. На полную вашу ответственность возлагаю картофель. Глядите — строго спрошу!

Настя взвизгнула, закрыв рот ладонью, присела к земле, вскочила, затормошила подруг:

— Девчата! Живо собирайтесь! Проболтались без дела, проволынили время!

— Тебя, Настасья, звеньевой назначаю, — сказала Авдотья Васильевна и только теперь, отпустив девочек в поле, поздоровалась с Машей.

Вчера, выслушав Машин рассказ, она пи о чем не спросила, не промолвив слова, ушла и сейчас поклонилась без слов.

— Авдотья Васильевна, и меня в молодежное звено запишите, — сказала Маша.

Бочарова поправила волосы над темным от загара лбом, вдоль которого легли три глубокие морщины, и, помедлив, ответила:

— Что ж… Ступай… Погоди-ка, Маша, постой! — вдруг остановила она и, быстро, с девичьей легкостью сбежав с крыльца, обняла Машу за плечи. — За вчерашнее спасибо тебе! У меня после вчерашнего силы втрое прибавилось. Ужотко к Пелагее Федотовне забегу на часок, расскажи мне все снова. Ну, иди, девчат догоняй. Они у нас быстрые, ловкие!

С этого утра Маша целыми днями работала с молодежным звеном на окучке картофеля. Девочки были действительно ловкие. Как ни старалась Маша, угнаться за ними не могла. Над ней шутили, посмеивались, а Настёнка, перебежав на ее полосу, помогала и без умолку щебетала, как птица. Она была певуньей. Когда девушки, развязав узелки с едой, садились полдничать, Настёнка, управившись раньше всех с обедом, заводила песню. Подруги подхватывали — высокие голоса

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.