Библиотека

Юрий Звенигородский стр. 115

Размер шрифта
-
+
Тема

бы нечаянно приопустила длинный рукав тонкого летнего платья. Слепец мгновенно ощутил его в руке, отер глаза и встал с колен.

— О! — молвил, изумленно поводя очами, как бы сызнова воспринимая Божий мир. — О, благодать!

Торопясь, стал земно отбивать поклоны вслед.

Борис Галицкий зашептал Юрию:

— Это же тот самый, Афонка Собачья Рожа, что спьяну в кабаке повторял хульные измышления о вдове Дмитрия Ивановича и ослеп. Вот совпадение!

Князь бросил взор на прощенного слепца:

— Не совпадение, а искупление греха.

Матунька остановила провожатых у привратницкой:

— Не ходи далее, Георгий. — Перекрестила сына. — Будь справедлив во всем. — Еще раз перекрестила. — Государю-брату передай благословение и пожелание наследника. — Галицкому сказала: — Боярин Борис, остерегай князя от дурного. Бог будет тебе судья.

Потомок галицких княжат едва успел припасть к ее руке.

Пришлось вернуться в златоверхий терем не в седлах, как положено мужчинам, а в карете. Будет теперь ветшать богато изукрашенная колесница без царицы.

Юрий жалел, что матунька не разрешила переступить порога женской обители. Где-то в глубине души лелеялась надежда хоть на миг узреть бывшую мамку Домникею, в иночестве Мелетину.

Галицкий же по пути вспомнил, как при нашествии Тохтамыша великая княгиня доверила ему на сохранение великокняжеские ценности, и как он справился с таким труднейшим делом, приобретя боярство. Юрий, слушая воспоминания бывшего дядьки, думал о Настасьюшке и с беспокойством повторял мысленно ее слова: «Почаще навещай. Чую, время мое близится». Простясь с боярином у Красного крыльца, высказал просьбу:

— Загляни к моей княгине. Как она там?

Полный пережитых впечатлений, поднявшись в златоверхий терем, младший брат не постучался к старшему. Вошел, задумавшись, в государев деловой покой и тут же поругал свою забывчивость. Застал, чего не хотел видеть и слышать.

Брат бегал по покою, потрясая кулаками. Вдругорядь свергнутый смоленский князь стоял, потупясь.

— Ты, — кричал Василий, — ты виноват! Мыслил обольстить меня лукавыми словами. «Будь моим великодушным покровителем! — передразнил великий князь несчастного союзника. — Будь государем моим и смоленским! Желаю лучше служить тебе, нежели зреть иноплеменника на престоле Мономахова потомства!» Лестные глаголы! Что за ними? Смоленск не мог сдаться Литве без твоего ведома.

Убитый горем Святославич заверял:

— Бояре, говорю, бояре виноваты. Крамольники! Ты медлил, а они…

— Да, — перебил Василий, — я слишком терпеливо медлил. А теперь скажу: нет у тебя защиты на Москве. Нет даже безопасности. Живи, как знаешь!

— Что ж, — пробурчал изгой. — Благодарствую на откровенности. Пойду искать защиту с безопасностью в великом вольном Новгороде.

И, не взглянув на зятя, вышел.

Юрий укорил брата:

— Это чересчур!

Великий князь взял себя в руки, сел в кресло.

— А что мне, воевать с Витовтом за Смоленск? Да я лишусь Москвы! Тесть твой союзник без единого воина за пазухой!

Чуть оба успокоились, завели речь о матуньке. Младший поведал старшему о чуде исцеления слепца. Василий встал, задумчиво взглянул на образ в красном углу, с глубоким чувством тихо промолвил:

— Святая женщина!

Расстались, сговорившись вместе навестить родную инокиню после пострига.

В Набережных сенях к страшному своему изумлению Юрий снова встретил Галицкого. Бросился к нему:

— Что?

Бывший дядька поспешил пошире улыбнуться:

— Поздравляю, князь, со вторым сыном!

Лобзания, объятья и — бегом с Красного крыльца к коням…

В доме, словно в улье, все в движении: челядь снует, сенные

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.