Из ада с любовью стр. 340
вы забыли теперь?
– Я не Изабелла, я Диана. Ди-а-на. Неужели так трудно запомнить?
– За завтраком вы назвались Изабеллой, – безо всякого чувства вины парировал капитан.
– Ну и что? А теперь меня зовут Диана. И я ничего не забыла, а привела консультанта по кодированию картотечных автоматонов. Но вам, капитан, этого не понять.
– Да уж куда мне! – закхекал капитан. – Понятное дело, консультант! Но, видит бог, лучше бы вы привели ухажера, а не консультанта.
– Как вам не стыдно! – с негодованием прошипела мисс Хадсон. – Мало того, что вы бесцеремонно лезете в мою личную жизнь, вы еще и предлагаете совершенные непристойности! Ухаживания унижают женщину, топчут ее человеческое достоинство! Аллен, я надеюсь, ты не думаешь за мной ухаживать?
– Ни в коем случае, – серьезно ответил Тони и подмигнул капитану. – Только консультировать по вопросам кодирования картотечных автоматонов.
Понятно, почему он не вспомнил, как ее зовут.
За препирательствами никто не заметил высокого сухого человека, стоявшего в дверях, что вели к каютам яхты. А человек между тем пристально смотрел на Тони цепким взглядом, от которого не ускользала ни одна мелочь. Ну да, наблюдательность – фамильная черта Холмсов…
– Здравствуйте, мистер Аллен, – сказал он скрипучим, весьма характерным голосом, когда Тони подошел ближе.
– Здравствуйте, сэр… – несколько смешавшись (если не сказать «робея») ответил тот.
– Вы, я полагаю, хотели бы видеть Уотсона?
– Нет-нет, – опередила Тони мисс Хадсон. – Аллен пришел ко мне, помочь в настройке Дороти.
– Милочка, подождите несколько минут, мне бы хотелось поговорить с вашим гостем наедине. Если он, конечно, не возражает.
– Я, конечно, не возражаю… А… доктор предупредил вас о моем приходе?
– Нет, напротив – это я предупредил его о вашем приходе. Но он, как всегда, отнесся к моему предупреждению скептически. Пройдем в гостиную. Если вы не боитесь отравиться, я попрошу мисс Хадсон сварить нам кофе.
***Ночами кадавры прячут своих детей за крепкими запорами, ибо знают, что тьма есть зло, и сами творят зло во тьме. Но при свете дня они сонны и расслаблены, уверенные в своей неуязвимости. Уверенные, что добро беззубо и не причинит им вреда в силу своей сущности. О, как они заблуждаются!
Но в этот раз все сложилось иначе.
Саймон Маккензи легко узнал, где прячется порождение Диавола в обличии невинного младенца, но мать дьявольского отродья учуяла опасность своим звериным чутьем, укрылась в логове, заперлась на замки и засовы. И кадавр дозором бродил неподалеку от ее скрывища, охраняя родную ему мертвую кровь, ночью же присоединялись к нему и рыщущие волки в человечьем обличье: на этот раз Люцифер в преподобном разглядел себе врага, врага опасного – и выставил стражу вокруг своей наперсницы.
Однако самка наконец высунулась из норы – притворяясь матерью невинного младенца, нельзя не блюсти, пусть и для отвода глаз, положенного образа действия и жизни: она отправилась на прогулку, и никто – никто! – не догадывался, что в коляске лежит вовсе не дитя человеческое, а чудовище с мертвой кровью. Кадавр, как верный страж, не отстал от исчадия Диавола ни на шаг, притворился лукаво нечаянным прохожим.
Преподобный с Божьей помощью нашел путь, чем привлечь хитрую осторожную самку, – золотой соверен, взятый из церковной кассы, который якобы нужно вернуть одному из крестных ее змееныша. Убрать