Из ада с любовью стр. 338
ядовитой змее. В лицо она не попала, левая книга ударилась ему в грудь и, раскрывшись, шлепнулась в угольную грязь под ногами.
– То есть если я добропорядочный английский джентльмен, ты меня любишь. Если бы я был русским, ты бы меня всю жизнь ждала. А если я немец, то могу катиться ко всем чертям? Правильно я понял твой выразительный жест?
У нее в глазах не было слез. Потом, дня через три, они появятся – Тони не сомневался. Потом (он вдруг догадался) это станет для нее настоящим горем, и позором ничуть не меньшим, чем потеря невинности (если не большим). Потом появятся сомнения, и отчаянье, и боль, и тоска – но первыми ее чувствами стали отвращение и страх. Может, лучше было уехать не прощаясь? Кейт была чертовски права – сегодняшняя встреча оказалась лишней.
– Ты снова передергиваешь. – Студент как бы невзначай прикрыл Киру одним плечом. – Ты же понимаешь, что Кира не сможет тебе ответить. И дело не в том, что ты немец, а в том, что ты нацист. Да еще и под чужой личиной. Доносчик и шпион.
– Вали отсюдова… – тихо сказала Кира, качая головой. – Сейчас же, немедленно убирайся ко всем чертям!
– Как скажешь. – Тони пожал плечами и нагнулся, чтобы поднять «Дорогу в жизнь». Не торопясь расправил страницы, размазав по ним жирную лондонскую грязь угольных выхлопов. И, садясь на моноциклет, положил левую книгу на лавочку.
Хорошо, что она не вспомнила про второй байк, который остался стоять позади барака.
***Связь Аллена с Джоном Уотсоном вызывала у полковника все больше и больше опасений. До завершения операции «Резон» оставалось совсем немного времени, и ветераны, без сомнений, готовы были сорвать ее любой ценой.
Полковник всегда слыл перестраховщиком, но на завершающем этапе его «паранойю» поддержал неожиданно и директор Бейнс.
Они просидели в Темз-хаус до двух часов ночи, перебирая возможные варианты провала операции, включая самые невероятные. Впрочем, самой вероятной причине провала – уничтожению Звереныша ветеранами – МИ5 ничего противопоставить не мог.
Даже самые нелепые предположения (вроде того, что Аллен японский шпион, а не немецкий, и собирается переправить Звереныша в Токио) – и те были тщательно проанализированы, на каждый случай был разработан свой вариант действий и противодействий, включая уничтожение Звереныша военными, буде он попадет не в те руки. Особенные опасения вызывали французы как участники Версаля, напрямую заинтересованные в срыве переговоров Лондона и Берлина. Американцы, конечно, хотели бы получить Звереныша, но вряд ли стали бы срывать переговоры англичан. Коминтерн имел желание сорвать переговоры, как и Советская Россия, под диктовку которой он работал, и если Коминтерну Звереныш был не нужен, то в Москве такой подарок приняли бы с распростертыми объятьями.
Лучшие люди Бейнса взяли предложенные варианты в разработку, и лучшим из лучших была поручена защита Звереныша от ветеранов.
Глава 11в которой Тони Аллена разоблачает знаменитый сыщик, а преподобный Саймон Маккензи исполняет свой долгКогда Тони приехал к дому Кейт, доктора W. он поблизости не нашел, и на следующее утро, как назло, под окном прохаживался другой ветеран. А Тони, как и обещал, собирался передать доктору алгоритм программы, копию которого вручил Берналу.
Кейт сказала, чтобы он за нее не беспокоился и отправлялся искать доктора на