Из ада с любовью стр. 404
едва не падал.
– Ну вот, – выдохнула Кейт. – Осталось совсем немного. Думаю, до взлета нам не надо выходить из каюты.
По пути в каюту, на палубе, Тони краем глаза заметил знакомое лицо – маленький чернявый отставной лейтенант с кошачьим именем Бэзил, курировавший моро-пинчеров «Анимал Фарм». Ничего удивительного в появлении агента МИ5 на палубе «Графа Цеппелина» Тони не усмотрел, но почему-то насторожился. Не сразу понял, что вызвало его напряжение, и только через несколько минут догадался: в отличие от прочих агентов МИ5, отставной лейтенант не надел галстука с красными ромбами, и вообще, угадать в нем человека в штатском было невозможно. Стоило приглядеться к нему поближе и держать в поле зрения.
Пассажиров пока было мало, и никто из ветеранов на палубе не появлялся. Они не всесильны: найти в Лондоне такси по номеру не так-то просто, а кэбмен, который доставил их в порт, не собирался возвращаться в парк – только что выехал на работу. Его могли бы разыскать по телеграфу, но Тони предусмотрительно вывел его портативный аппарат из строя. И все-таки, отправив Кейт в каюту, он вышел на палубу и занял наблюдательный пост неподалеку от лифтов. С земли его не было видно вообще, а со стороны лифтов он в глаза не бросался – покуривал потихоньку в сторонке.
Причину поднявшегося на земле шума Тони не разгадал – насторожился, сосредоточился, бросил папиросу за борт. Ни один лифт, как нарочно, не поднимался, затягивая ожидание. Тони прислушивался к шуму и не чувствовал в нем ни паники, ни скандала, ни угроз – мирным был шум и, наверное, праздничным. Кого-то провожали – без помпы, но оживленно и, как ни странно, с радостью.
Наконец зашуршал подъемный механизм дорогущего лифта – выкрики снизу ненадолго стали громче, а потом смолкли, обратившись в рокот множества голосов. Автоматические двери, лязгнув, раскрылись, и из лифта в сопровождении трех полисменов вышел высокий красивый мужчина с подзажившим желтоватым синяком под глазом и тремя букетами цветов в руках. Тони видел его дагеры в газетах – русский артист, арестованный за шпионаж. Значит, Берналу удалось добиться его освобождения… Видимо, русского высылали из Лондона, и трое полисменов должны были удостовериться, что он не покинет дирижабль до отлета. Хорошая компания – будет с кем поговорить по пути до Копенгагена.
Нет, ветераны не всесильны. Уверенность крепла с каждой минутой, оставляя позади и напряжение, и дурные предчувствия.
Светало. До окончания посадки оставалось четверть часа, до отлета – чуть больше сорока минут. И в голове крутилась мысль, что Тони мог пропустить, не заметить ветерана – особенно модель более совершенную, нежели доктор W., вроде Дэвида Лейбера, когда в распахнувшихся дверях лифта возник агент Маклин: в черном армейском плаще, подшлемнике и поднятых на лоб гогглах.
Вряд ли ветеран появился здесь ради формальной проверки – он наверняка просмотрел список пассажиров и нашел там Ричарда Баттлера с женой и грудным ребенком.
Кейт права: он не станет стрелять разрывными пулями из твердого кислорода (на дирижабле опасен любой выстрел) и уж тем более не будет использовать паяльную лампу. Зачем? С малышом едва не расправился отец Маккензи, мужчина не самого крепкого телосложения и не самой выдающейся в Лондоне силы. Тони задержит ветерана не более чем на