Измена. Доктор, спаси (не) свою дочь! стр. 22
тебе да к тебе хотела. Бесила жутко… Учитывая, что между нами было…
– Господи, Марин. Это было семь лет назад. Я был нетрезв, да и ты тоже. И это было до того, как я встретил Есению.
Чувствую, что что-то здесь не так. Темнит, недоговаривает. Ну ничего, я выведу её на чистую воду.
– Макара хочешь увидеть? – спрашиваю я.
ГЛАВА 13
Родион
– Макара хочешь увидеть? – спрашиваю я, не переставая внимательно следить за реакцией Марины.
Та сначала бледнеет, потом краснеет, а потом вновь становится белее белого. Глаза её становятся влажными. Кажется, сейчас разревётся.
Так не реагируют на подобные новости о бывших, с которыми уже ничего не связывает. По реакции девушки я становлюсь более чем уверен в том, что Макара она до сих пор любит.
Или же их связывает какой-то общий секрет, о котором никто больше не должен знать.
А, возможно, оба варианта подходят.
– Чего ты хочешь, Родь? – дрожащим голосом спрашивает Марина.
Она ещё и спрашивает, чего я хочу.
– Правды хочу добиться, Мариночка, правды. Потому что только сейчас я, почему-то нахожу какую-то связь в событиях последних нескольких месяцев, – цежу я сквозь зубы, усмехаясь.
Хватит играть в эти детские игры. Есения из-за этого урода чуть ребёнка не потеряла. Моего ребёнка! Я уверен, что её дочь – моя.
Воспоминания Родиона.
Шесть месяцев назад.
Плюхаюсь в кресло в своём кабинете. Руки трясутся от того, что я недавно узнал.
Беременна… Есенька беременна! Наконец-то! Плевать я хотел на этот развод – он отменяется. Да, возможно я где-то прокосячил… Был невнимателен, говорил мало комплиментов и в последнее время стал дарить чуть меньше цветов. Наверное, жёнушка моя из-за этого так расстроилась, что на развод подала…
Шалят беременные гормоны! Есения всегда была ранимой и очень эмоциональной, а тут, в таком положении… Неудивительно, что она так вспылила…
– Девочка моя, – шепчу я, глядя на её фотографию, стоящую на заставке своего телефона, – я буду хорошим мужем и постараюсь быть хорошим отцом для нашего малыша. Я всё сделаю…
Сейчас главное, чтобы она выкарабкалась. Видимо, Есения так сильно распереживалась, что у неё появился тонус матки, причём довольно сильный.
Ничего… Уверен, сейчас отлежится, мы её прокапаем витаминами и выпишем. Всё будет хорошо…
Прервав мои размышления о светлом и счастливом будущем, в мой кабинет без стука влетает один из моих подчинённых. Врач-реаниматолог.
– Родион Георгиевич! – горячо произносит он. – Я должен вам признаться кое в чём…
Глаза мужчины, почему-то, бешено бегают из стороны в сторону, а зрачки как-то неестественно расширены. Хотя, возможно, это из-за приглушённого освещения.
Но, в любом случае, столь резкое появление подчинённого в моём кабинете напрягает меня.
– Что такое? – медленно встаю с кресла и, облокотившись на стол, поглядываю на подчинённого.
– Ваша жена, она… Я знаю, почему она подала на развод!
– Надо же? Не думал, что мои сотрудники так осведомлены о моей личной жизни, – нарочито спокойно произношу я, хотя у самого начинают чесаться кулаки.
Что этот идиот о себе возомнил? Что он может знать? Ведь я никогда не распространялся о своей жизни на работе даже в кругу друзей, не то что на работе, где тут и там могут расползтись самые отвратительные сплетни и слухи.
– Потому что она вас не любит! – выпаливает