Библиотека

Изумрудный дождь стр. 166

Размер шрифта
-
+
Тема

междусобойчик, тогда дело другое.

Николас слегка повернулся, чтобы в тусклом свете фонаря можно было разглядеть его холодный, высокомерный взгляд и одежду явно богатого человека.

— Может быть, сержант, мы перенесем этот разговор в кабинет лейтенанта Рейнольдса? Или же я переговорю с ним об этом на следующем заседании комиссии у верховного комиссара.

Манера поведения сержанта мгновенно переменилась. Каждому полицейскому инспектору было хорошо известно, что лейтенант Рейнольдс напрямую связан с Теодором Рузвельтом и с его комиссией по искоренению коррупции в полиции.

— Комиссия, говорите, — промямлил сержант. — Так насчет междусобойчика я, как говорится, просто пошутил.

— Я так и понял, — проворчал в ответ Николас.

— Пойду, пожалуй. —

И полисмен легким шагом двинулся дальше, быстро затерявшись в темноте.

Элли почувствовала, как плечи Николаса расслабились. Длинная юбка надежно прикрывала ее ноги, так что никто не смог бы увидеть, что, собственно, происходит под широкими складками. Но Элли знала. Теперь, когда непосредственная опасность миновала, гнусность только что произошедшего между ними поразила девушку в самое сердце.

Все внутри омертвело от омерзения.

— Немедленно отпусти меня, — процедила она сквозь крепко стиснутые зубы.

— Элли, посмотри на меня.

— Я сказала: отпусти меня, — прошипела она, вперив неподвижный взгляд куда-то ему за спину.

— Черт возьми, Элли! Да посмотри же на меня! Я отказываюсь разрушать возникшую между нами близость лишь потому, что был настолько глуп и забыл, где мы находимся. Ты заслуживаешь лучшего. Я это знаю и кляну себя. Но не жалею о том, что произошло. Мне лишь хотелось бы , чтобы это случилось в более подходящем месте. В следующий раз, я обещаю, будет не в пример лучше. — Он подождал немного, потом чуть склонил голову набок и улыбнулся: — Там, где рыцарь обретает даму своего сердца.

В ответ Элли пронзила его горящим негодованием взглядом:

— Не льстите себе, Дрейк. Никакой вы не рыцарь, а я уж точно не дама вашего сердца. А теперь отпустите меня. И поскорее.

Вздохнув, он отпустил ее ноги, но придержал сильными руками за плечи:

— Не делай этого, Элли. Не разрушай того, что соединило нас.

— Ничего нас не соединило. Когда наконец вы вобьете это себе в голову! — От душевной муки голос ее стал визгливым.

— Милая, ты не права. — Николас покачал головой, как если бы только сейчас осознал свою правоту. — Нас соединяет большее, чем случившееся сегодня. Мы будем любить друг друга, Элли. Чуть позже, сейчас мы для этого не готовы. Но попомни мои слова: мы будем любить друг друга.

У Элли снова часто забилось сердце. Ей вдруг захотелось сдаться, проиграть битву, а может быть, и всю эту войну. Она тут же сердито одернула себя. Ей нельзя сдаваться. Не важно, что ночью ее тревожат странные, томительные сны, зато ее дни заполнены суровой реальностью. Николас может хотеть ее, и она тоже может дойти до того, что захочет его, но он же сам ей заявил, что никогда никого не полюбит. Никого. Женщину он может только хотеть. А Элли была глубоко убеждена, что, как только пламя страсти погаснет, на его месте останется лишь пепел.

— Да кто вы такой, Дрейк, чтобы указывать, что я буду делать, а что не буду! Вы к моей жизни не имеете никакого отношения и никогда не будете иметь!

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.