Изумрудный дождь стр. 57
Взгляды их скрестились. Глаза у него были просто бешеные. Такие ей довелось увидеть лишь раз, когда он говорил о мире без любви.
— Если уж вы разъяснили им мой интерес, — сказал Дрейк, и его глубокий голос был обманчиво спокоен, — то будет честным рассказать и о вашем.
Элли сузила глаза. Такого поворота ей следовало бы ожидать!
Не услышав от нее ответа, Николас повернулся к толпе:
— Мисс Синклер не хочет, чтобы вы продавали свои дома, потому что не желает продавать свой дом. Похоже, ей хочется все решить за вас.
— Точно! — раздался чей-то громкий голос. — Кому-то, может, и нужно продать свой дом.
— Мистер Дрейк не будет покупать дома поодиночке, — поправил Грейди. — Он покупает или все, или ничего.
— Вы сами слышали, что сейчас сказала мисс Синклер. Наш район уже не тот, что раньше. Так что у нас есть шанс убраться отсюда подальше и получить в придачу неплохие деньги.
— Я требую немедленного голосования! — громко заявила миссис Уолш.
Элли запаниковала. Этого нельзя допустить. Они не должны соглашаться.
— Миссис Уолш, о чем вы говорите? Ну, продадите свой дом, и куда вы пойдете?
— Она продаст дом, переберется в пансион и будет жить в тишине и покое до конца своих дней, — проговорил Николас и ободряюще улыбнулся миссис Уолш.
— Бога ради, да ведь у нее семеро детей! — резко возразила Элли. — Никакой приличный пансион никогда не согласится принять женщину с семью детьми.
— Это верно, — согласно кивнула миссис Ламберт. — Если вы, милочка, не можете купить себе другой дом, тогда вам место только в многоквартирном доме.
— В Нижнем Ист-Сайде? — ахнула миссис Уолш с испуганным и опасливым выражением лица.
— Миссис Уолш, несомненно, сможет выбрать место где-нибудь в другом месте, кроме Нижнего Ист-Сайда, — вмешался Николас.
— Интересно где? — воскликнула Элли. — В Нижнем Вест-Сайде?
— Я голосую против, — не стала дожидаться ответа миссис Уолш.
— Но вы же только что были за, — сказал Николас, и в его ровном голосе послышалось беспокойство.
— Ну и что? А теперь я против. У меня, конечно, нет своего особняка на Пятой авеню, но мой дом ухоженный и еще вполне крепкий. Мой Орвилл, да будет земля ему пухом, оставил его мне, выплатив все до последнего цента.
— Я тоже против.
— И я против.
Слово за слово, и только что согласные один за другим становились несогласными. Элли испытывала смешанное чувство облегчения и вины. Облегчения за себя, а вину за то, что смешала Николасу все карты. Но это было уже просто глупо. Он-то уж наверняка не испытывал никаких угрызений совести, стараясь порушить ее жизнь. Элли обернулась к нему. Лицо Дрейка было бесстрастным, но она доподлинно знала, что в душе у него кипит ярость. Он посмотрел на нее таким равнодушным и непроницаемым взглядом, что девушке стало не по себе.
— Ну что ж, — проговорила Элли и повернулась к выходу, — пожалуй, мне пора.
Она надеялась ускользнуть на улицу и поскорее вернуться домой, лишь бы не разговаривать с Николасом. Но не успела она закрыть за собой входную дверь, как надежды ее пошли прахом, потому что дверь снова распахнулась.
— Элли.
Она сбилась с шага, но тут же выправилась. Опустив голову, девушка торопливо пошла вперед, стремясь поскорее укрыться в своем доме. Но она не сделала