Библиотека

Изумрудный дождь стр. 59

Размер шрифта
-
+
Тема

саму, когда она рисует. Он затерялся в каком-то другом мире.

Было заметно, что гнев его уже утих, но о спокойствии пока рано было говорить. А знает ли этот человек, что такое спокойствие, вдруг подумала Элли.

И тут ей вновь приоткрылась ранимость Николаса. Его глаза туманили грезы, какие-то недостижимые мечты, желание то уступало место сомнению, то появлялось вновь. Как все это ей знакомо! И как странно видеть это в человеке, богатство и власть которого дают почти неограниченные возможности.

— Я ничего не хочу разрушать, — спокойно заговорил Николас. — Я хочу творить. Строить. Я все продумал заранее. Внешний вид. Внутренняя отделка. Даже великолепное гала-представление , чтобы объявить о моих планах. Понимаете, Элиот, колеса уже закрутились. Торжественный прием назначен на первую неделю сентября. — Он на короткий миг прикрыл глаза. — Скажу больше: хотите верьте — хотите нет, но я не желаю навязывать свою волю Шарлотте. Честное слово, я очень хочу, чтобы она поправилась, — добавил он, отводя взгляд от расстилавшегося перед ними Нью-Йорка. На город опускался вечер. Остатки злости и страха, казалось, бесследно исчезли в темнеющем небе, на котором уже слабо засветились первые звезды.

— Я понимаю, что наговорила вам лишнего, извините меня, — вздохнула Элли и задумчиво спросила: — Почему так получается, что вместо ненависти к вам, и тогда, под дождем, и теперь, когда вы хотите отобрать у меня самое необходимое, я лишь испытываю желание протянуть руку и утешить вас, сказать, что все будет хорошо?

Хотя они стояли достаточно далеко друг от друга Элли почувствовала, как напрягся Николас. Странным образом ей действительно хотелось его утешить. Дотянуться до него.

— Иногда я удивляюсь своей вере в то, что в конце концов все встанет на свои места, — неожиданно заговорил Николас. — Проходит какое-то время, и я спрашиваю себя: а не гоняюсь ли я за лунным светом в полуночном небе, наполненном непроглядной тьмой, которая в один прекрасный день и поглотит меня без остатка?

Элли всегда было невыносимо видеть, как страдают другие, особенно те, о ком она заботится. И ей вдруг подумалось, что в круг ее забот каким-то образом начинает входить и Николас Дрейк.

— А разве не вы мне говорили, что нет ничего невозможного?

Вместо ответа Николас лишь поморщился.

— Но ведь это на самом деле так! Вы можете поймать лунный свет.

Он медленно повернулся к ней:

— В таком случае мне придется отыскать лекарство для Шарлотты… а вам продать мне ваш дом.

Сердце у Элли заколотилось, и она бросила на Николаса пристальный взгляд:

— Подыщите себе другой дом, другой квартал, другую улицу для осуществления своей мечты.

— Другого дома, Элли, просто нет. Только ваш.

— Но почему? Вы же можете строиться, где захотите. Есть сотни других улиц, таких же, как моя, где люди с радостью продадут вам свои дома. Бесконечные ряды домов, только и ждущих сноса, чтобы на их месте построили что-то новое и влили жизнь в умирающий район.

— Я не могу! Я должен начать здесь. Отчаяние Элли усилилось.

— Но почему, черт вас побери?! Впрочем, ответ она знала, по крайней мере подозревала, в чем тут дело: Гарри Диллард.

— А вот это вас не касается.

— Очень даже касается!

Он уперся в нее тяжелым взглядом:

— Элли, не становитесь мне поперек

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.