Библиотека

Как приручить училку стр. 25

Размер шрифта
-
+
Тема

подругой, которая, кажется, тоже ушла в глубокий аут от того, что только что выкинул наш с ней бывший студент. Перевела взгляд на нахального студента, который принял очень расстроенный вид, и ляпнула:

– Барсов, а вот это как так?

Получилось очень глубокомысленно, но мысли мои наотрез отказывались собираться в кучу, а в голове была звенящая пустота от шока.

– Ну как-то примерно вот так, – Ринат ответил мне в том же стиле, при этом неопределенно покрутив ладонями в воздухе.

– Как ты здесь оказался? – Я так обрадовалась, что смогла произнести осмысленное предложение, что широко улыбнулась.

Барсов вернул мне улыбку:

– За тобой бежал, Родионовна! Что, думала, сможешь тихо слинять, да? – он сузил глаза и подался в мою сторону.

– А этот… Ну, тот… Боже, – сдалась я, мысленно сыграв реквием своему здравомыслию и умению поддерживать логичный осмысленный диалог.

– Алан Лейманович? – подсказал мне Ринат.

Он смотрел с веселым озорством, а губы засранца так и норовили разъехаться в широкую улыбку.

Я молча кивнула, смиряясь с тем, что стала страдать косноязычием. Ольга тоже не стремилась задавать вопросы. Подруга с философским выражением на лице потирала подбородок.

– Связи решают, Родионовна, – подмигнул мне Ринат. – Правда, берет дорого, гад! Но мне для тебя ничего не жалко.

Он даже ладонь к груди приложил, демонстрируя честность и порядочность.

– Барсов, есть подозрение, что ты врешь, – душевно призналась я.

– Подозрения к делу не пришьешь, нужны веские доказательства. Пойдемте отсюда поскорее, по дороге еще немного подискутируем на тему вашего обидного неверия замечательному мне, который вас обеих спас. Да, Ольга Константиновна? Вот вы мне как педагог-психолог скажите: почему я страдаю от вашей недоверчивости? Это, знаете ли, обидно.

Ринат как-то очень ловко подхватил нас с подругой за локти и повел в сторону станции метро, продолжая заговаривать зубы.

– Погоди, – застопорилась я, – так это ты за мной утром следил?

– Я, – признался Ринат. – Следил. Громко сбегаешь, Родионовна. Топаешь, сопишь.

– Слава богу, – выдохнула я.

А мой внутренний психотерапевт быстренько вычеркнул манию преследования из диагноза.

Ринат напрягся, а потом додумался:

– Арии-и-ина Родионовна, ты если в ролевые игры играть надумала, мне могла хотя бы правила огласить? Это мы так с тобой в догонялки по-шпионски играем?

– Барсов, ты не мог бы минутку помолчать? – попросила я. – У меня голова болит.

– А у меня душа, – показательно надулся он, – от твоей недоверчивости.

– Боже, – я возвела очи к небу, умоляя дать мне терпения.

С ним невозможно вести диалоги. Сейчас – особенно. Если в университете его хоть немного сдерживала субординация – не критично, почти незаметно, но сдерживала, то сейчас Ринат разошелся на всю катушку.

– Можно просто Ринат. Без регалий, – развеселился он.

Наткнулся на мой взгляд и шкодливо уведомил:

– Молчу.

– Как ты так быстро здесь оказался? Еще и с этим?.. – смогла я сформулировать свои мысли.

– Аланом Леймановичем, – подсказал Ринат.

– С ним, – закивала я.

– Да у него офис через улицу, а мы с ним старые приятели. Я же тебе говорил – связи остались, вот я и задействовал быстренько. Вчера еще.

– Что? – ахнула я. – Зачем?

– Затем, что ты, училка дней моих суровых, на дно стремительно летела. Почти опустилась по иерархической лестнице с уважаемого педагога до вороватой урки. А ты слишком дорога моему сердцу, чтобы я оставил это

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.