Библиотека

Камень. Бронза. Железо стр. 37

Размер шрифта
-
+
Тема

г. я оппонировал защиту кандидатской диссертации Елены Леонидовны Костылёвой, посвящённой определению времени бытования и территории распространения верхневолжской культуры. Во многом её выводы близки и моим воззрениям на все эти проблемы. Я лишь позавидовал последовательности, с которой в последние 15 лет изучаются неолитические поселения Ярославско-Ивановского Поволжья. Датировки по радиоуглеродному методу, анализ пыльцы растений из древних напластований для определения состав флоры и, соответственно, климата этой эпохи, скрупулёзные геологические наблюдения, не говоря уже о собственно археологических методах — весь этот арсенал используется для раскрытия проблем, связанных с верхневолжской культурой. Выводы эти перекрёстно проверялись разными методами ещё и ещё раз. Теперь мы знаем о верхневолжской культуре неизмеримо больше, чем в середине 1970-х годов.

Научная мысль пульсирует, ищет новые возможности на, казалось бы, уже освоенных путях. Например, изучение керамики — самого массового материала в раскопках памятников неолита. Сотрудник нашей экспедиции Юрий Борисович Цетлин глубоко изучил особенности состава формовочной массы посуды, установив предпочитавшиеся верхневолжцами добавки к глине. На этой основе он разработал методику определения последовательности напластований в перемешанном культурном слое. А именно такой слой, в котором смешаны керамика и изделия разных культур, типичен для большинства поселений. Как же определить взаимоположение во времени разнокультурных остатков на поселении?

Юрий Борисович предложил довольно простое внешне, хотя и трудоёмкое

(времяёмкое!) в исполнении решение. Он обратил внимание, что мелкие фрагменты керамики любой культуры встречаются во всей толще культурных напластований. Этот "посторонний шум” смазывает картину. А крупные и очень крупные обломки сосудов более устойчивы к вертикальному перемещению в слое, менее подвижны. Именно они и могут служить критерием определения горизонтов залегания остатков разных культур на поселении.

Раскопав шурфы, названные им “стратиграфическими контрольными участками”, Юрий Борисович определил особенности смены культур на ряде многослойных поселений Центра Русской равнины. Полученные выводы существенно дополняли и детализировали схему Крайнова и, что самое главное, ставили на научную основу определение соотношения культур на основе анализа самой массовой категории находок. Но и это, думается, ещё не предел. Впереди самое сложное: раскрытие глубинного смысла значений элементов узора и орнамента в целом. Ведь мы пока описываем их лишь внешне, будучи не в силах проникнуть в смысл, эволюцию и смену одних узоров другими.

По разным причинам дальнейшее изучение верхневолжской культуры в Тверской области замедлилось. В 1977-1978 годах раскопки в Языкове провёл В.В. Сидоров. Раскопы заложили на суходоле, один из участков примыкал к траншее Б.С. Жукова и захватывал береговой склон, опускаясь в торфяную толщу. Верхневолжский слой начинался уже на отметке 1,60 м. Выше, в волосовском слое, нашли кремнёвую фигурку змеи.

В основном раскопе встречено парное погребение (взрослый и подросток) того же времени. Две могилы Сидоров отнёс к льяловской культуре. В первой из них лежал взрослый; во второй — ребёнок 2-3 лет, засыпанный охрой, а выше — костяк взрослого человека. Если это действительно льяловское погребение, то перед нами большое открытие. Ведь достоверных данных о могильниках культуры ямочно-гребенчатой керамики, по существу, не было. В.В. Сидоров написал об этом как бы между прочим, вскользь. Видимо, он и сам не до конца уверен в правильной интерпретации находки. А вопрос принципиальный.

Несколько могил с богатым инвентарём Владимир Владимирович раскрыл в северной части поселения, обращённой к центру острова. Здесь, видимо, и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.