Камень Грёз стр. 542
подгоняя их, пока пространство в роще не расчистилось.
И тогда Арафель упала на одно колено и, опустив руки на землю, приникла к ней головой, ибо она была покрыта глубокими ранами. Камень горел болью, страданием и усталостью; и Лиэслиа взял на себя их, сколько мог, встав меж Арафелью и тьмою.
«Лиэслиа», – промолвил голос откуда-то из теней. Он коснулся души Кирана, глубоко похороненной в камне. «Донкад», – подсказала память. Но его истинное имя был Далъет.
Ветер проносился мимо, но Мев и Келли не могли упасть – такова была природа этой скачки без поводьев и без седла. Им даже не было нужды держаться за фиатас, идущих вровень с эльфийскими скакунами – черными на фоне их света.
Берег остался далеко позади, и Мев плакала из-за матери, из-за Барка, Донала и Ризи и всех остальных.
– Стойте! – кричала она.
И Келли ей вторил:
– Помогите!
Но ничто не могло остановить уносящий их ураган, как ничто не могло остановить фиатас.
Теперь они нагнали предводителя – эльфийского военачальника. Он был без доспехов, как и прочие лучники, но стрелы его разили светом. Белый конь его несся по собственной воле, без поводьев, как и фиатас. Казалось, он был молод, как и все Вина Ши, молод и прекрасен – ибо никто из них не знал возраста. Они все были холодный свет и дикая, пугающая красота.
– О, поверни назад, – взмолился Келли. – Хотя бы оставь кого-нибудь помочь им!
– Это не наш народ, – ответил эльф, – не наша война.
– Тогда отпусти нас! – вскричала Мев.
– Не я вас влеку за собой, а то, что на вас надето, – сказал эльф.
Мев прикоснулась к дару в ладанке. «Дар нахождения», – вспомнила она.
«У них нет сердец, – донесся до нее шепот. – Они повесили их на деревья, чтобы забыть эту землю, забыть все, что они сотворили здесь».
– Это дракон говорит, – промолвил военачальник, глядя вперед. – Не слушай его, заткни свои уши.
«И этого зовут Ниеракт. Он не любит людей. Он жаждет то, что вы носите, – он отнял бы, если бы мог. Берегитесь его».
– Заткнись, старый червяк! – выкрикнул Ниеракт.
«Кто вы им? И кто был им ваш отец? Они убили его и бросили вашу мать умирать…»
Внезапно их окружили деревья и мгла – кони петляли меж ветвей.
– Не отставайте от нас! – закричал Ниеракт. – Не отставайте, юные Ши! Не слушайте этот голос!
«Король без королевства и королева, рожденная от воров и убийц, о, слушайте меня, юные души: смотрите, к чему ведет благородство, – вот что оно сделало с вашим отцом».
«Замолчи, замолчи», – повторяла Мев, сжимая эльфийский дар
в руке и думая лишь о Келли, – только вместе могли они заслониться от дракона.
Она успокоилась, и внутри все затихло – может, ей удалось это сделать самой, а может, ей помогло холодное сердце Кили. Рядом бежал пука, чувствуя себя в этой тени как дома. Она увидела лицо брата, но оно было окрашено скорбью, что делало его очень похожим на Ши. Темные твари возникали перед ними, и летели эльфийские стрелы, разящие страшным светом.
«Нам не до́лжно здесь быть», – с отчаянием подумала она и тут же взяла себя в руки, вспомнив Лиэслиа и доброту его глаз. Она почувствовала, как окрепла ее рука,