Библиотека

Каникулы для ангелов и демонов стр. 178

Размер шрифта
-
+
Тема

вернулся, его взяли под стражу.

– Вот Пашка-Пахан гад какой! – жаловалась Катя Лене, пытаясь есть рекомендованные ей доктором гранаты.

Гранаты были кислыми. Да и жизнь с учетом последних событий – аналогично не радовала.

Только Лена, как всегда горячо, вставала на поддержку:

– Надо было Сержу не спасать этого противного Пашку. Пускай бы взрывался вместе с этими чемоданами!

– Вообще-то я пацифист и против убийств, – вздыхала Катя.

– А толку-то? Чем хорошим эти твои паци…фаци… тьфу, блин, язык сломаешь! Короче, ничем хорошим твоя философия не заканчивается!

Катя страдала дома, таскала адвокату денежки, а любимому – передачи.

Серж томился в СИЗО и при этом все равно был настойчив в своем стремлении поставить наконец дурацкий штамп в паспорте.

Правда, для этого потребовалась целая куча согласований.

К тому моменту, когда все необходимое было готово, Катин живот наконец округлился. Сын обещал родиться крупным парнем, ей рекомендовали носить специальный бандаж, поддерживающий пузик. А еще выяснилось, что у Лены и Лешика тоже намечается прибавление в семействе. Друзья просто на крыльях летали от счастья и замучили Катю как «старшего товарища» по сроку беременности кучей вопросов.

Являться в белом платье в СИЗО Кате показалось нонсенсом. Поэтому она заказала свободное платье-рубашку в полосочку, напоминающую арестантскую робу – в стилистике той ужасной пижамы, которую был вынужден носить Серж.

В качестве музыкального сопровождения Катя решила выбрать «Владимирский централ». Ибо марш Мендельсона в стенах СИЗО – это то ли китч, то ли моветон, а может, и первое и второе, вместе взятое.

– В твоей свадьбе не будет никакой романтики! – услышав про «централ», всхлипнула Лена. Беременность сделала ее очень плаксивой, глаза были постоянно на мокром месте.

– Как ты не понимаешь, это же наш стеб над обстоятельствами, – терпеливо объясняла Катя. – Только чувством юмора и можно спастись в такой фиговой ситуации.

Дело было на мази, адвокат выбил даже пропуски для свидетелей.

И вот «Владимирский централ» поет, пергидрольная блондинка из ЗАГСа спрашивает про добровольность желаний жениха и невесты, Серж и Катя, взволнованные и полосатые, держатся за руки…

Тут в комнату влетает адвокат, машет бумажкой:

– Постановление об освобождении под подписку! Мы этого добились! Мой подарок молодоженам.

От радости Ленку вывернуло прямо на стильный костюмчик адвоката.

– Стоп! Так я свободен?! – вдруг закричал Серж. – Тогда мы в кабаке нормальном распишемся! Не хочу я, чтобы у моего сына родители в тюряге женились! – Он повернулся к Кате: – Малышонок, ты согласна? Как там по твоей этой карме?

Катя подумала и решила, что Серж прав. Тюремное бракосочетание – так себе энергетический фон. Если

можно этого дела избежать – то надо этим воспользоваться.

Но пожениться по-человечески опять не вышло…

До очередной даты свадьбы оставалась неделя, когда Кате позвонил Серж.

Она в тот момент сидела с датчиком сердцебиения плода, прижатым к пузику, и жутко разозлилась: сын на телефонные звонки реагировал нервно, сердечко колотилось в быстром темпе. Доктор заметит все это на кардиограмме и назначит дополнительные таблетки – а их и так приходится принимать сто пятьдесят килограммов.

– Я же говорила, что сама позвоню, – завелась Катя, пугаясь участившегося стука сердца ребенка. – Ты сына на коня подсадил! И меня тоже!

– На белого? – уточнил Серж.

– Зеленого!

– Погоди, трубу не бросай! Меня в «дурке» закрыли. Хавчика

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.