Библиотека

Канун Всех Святых стр. 28

Размер шрифта
-
+
Тема

в снопах искр вылетали из дымовых труб. А ведьмы прыгали на них с коньков крыш и мчались по звездному небу.

По крайней мере, так казалось мальчишкам, и до них доносилась песня, где-то пел хор:

Вставали ль ведьмы в час ночной,

В полночный час,

И с нежитью и чертовней

Пускались в пляс?

Нет!

Все это – самооговор,

Все – болтовня!

Ну станет ли хвалиться вор,

Что свел коня?

Расхвастались себе во вред

Да на беду!

За этот безобидный бред –

предать суду!

Материками овладел

Безумный страх:

Младенцев, бабок, юных дев

Жгли на кострах!

Толпы свирепствовали, метались по деревням и фермам, с факелами, с проклятиями. Костры пылали от Ла-Манша до берегов Средиземного моря.

Когда в десятке европейских стран

Десятки тысяч «колдунов» и «ведьм»

Плясали в воздухе чудовищный

канкан –

Повешены, другие сожжены, –

Народ честил друг друга: ах,

подсвинок сатаны,

Ух, чертова свинья! Взбесившийся

кабан!

Дикие кабаны, на которых ведьмы сидели как влитые, трусили по черепичным крышам, высекая искры, храпя клубами дыма:

Европу затянул дым ведьминых

костров.

Их судей жгли другие в свой черед.

За что? За пару слов!

Додумались: «Невиноватых – нет!

Все – ложь, все – грех!»

Так что ж нам делать?

– Истребляйте всех!

Дым клубился в небе. На каждом перекрестке болтались на виселицах ведьмы, вороны слетались, черные, как оперение мрака.

Мальчишки висели в небе, цепляясь за свои метлы, выкатив глаза, разинув рты.

– Может, кто-нибудь хочет стать ведуном? – помолчав, спросил Смерч.

– О-ой, – сказал Генри Хэнк, дрожа в своих ведьминых лохмотьях. – Только не я!

– Не позавидуешь, а, мальчуган?

– Не позавидуешь!

Метлы понесли их дальше сквозь дым и копоть.

Они приземлились на безлюдной улице, на открытом месте, и это был Париж.

Метлы выпали у них из рук – свалились замертво.

15

– А ну-ка скажите, ребятки, что нам нужно, чтобы напугать пугальщиков, нагнать страху на страховальщиков, напустить ужас на ужасальщиков?

– Самые главные боги?

– Самые главные колдуны?

– Самые большие соборы? – сказал Том Скелтон.

– Молодчина, Том, правильно! Всякая мысль растет, так? Религия разрастается. И как еще! Воздвигают храмы, которые так велики, что могут бросить тень на весь континент. Строят башни, которые видны за сто миль. Строят такой высочайший и величайший храм, что там живет горбун, звонит во все колокола. Так вот, ребята, помогите-ка мне воздвигнуть храм кирпичик за кирпичиком, контрфорс за контрфорсом. Давайте построим…

– Нотр-Дам! – закричали восемь мальчишек.

– И у нас есть очень веские причины, чтобы построить Нотр-Дам, потому что… – сказал Смерч. – Прислушайтесь…

Бом!

В небе ударил колокол.

Бом!

– …На помощь… – прошелестело над ними, когда звон затих.

Бом!

Мальчишки взглянули вверх и увидели, что на недостроенной колокольне, на луне, громоздятся какие-то леса. И на самой верхушке был подвешен бронзовый колокол, звонивший во всю мочь.

А изнутри колокола после каждого удара, рывка, толчка слабый голосок молил:

– На помощь!

Ребята посмотрели на Смерча.

У них в глазах горел один вопрос: Пифкин?

– Встретимся в воздухе! – вспомнил Том. – Так и есть!

Так оно и было: там, в колоколе, болтался вниз головой бедняга Пифкин, вместо языка отбивая удары своей головой. Ну если не сам Пифкин, то его тень, дух, заблудшая душа.

То есть поймите: когда колокол отбивал часы, вместо языка в нем качался живой, из плоти и крови, Пифкин.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.