Клинки города ярости стр. 105
себе чаще, чем когда-либо. Они готовили меня к чему-то. Я смутно помнил слова человека в черных одеждах о будущем императоре, но каждый раз, когда задумывался о них, воспоминание ускользало. Я не то чтобы хорошо помнил, как убил людей в заброшенном доме. Возможно, это всего лишь сон – один из тех, что терзали меня каждую ночь. Горящая комната и задушенные трупы сменялись пытками меня самого. Девица, в глазах которой полыхала ярость, мучила меня огнем снова и снова. Моя кожа плавилась, трескалась, словно глина, а девка хохотала как заведенная. Я просыпался в ярости и бессильно бил кулаком в стену, лишь бы выпустить злобу, но она не ослабевала. Встречи с Аривом делали меня злее и злее, я походил на клубок бесконечного гнева.
– Эй, Лихомор, ты как? – донесся осторожный голос Ветра. И раздался он так неожиданно, что гнев нашел выход в один миг.
Одним рывком я схватил соседа по нарам за горло и сдавил. Его глаза изумленно выпучились, а рука вцепилась мне в запястье. Ветер уже не мог тягаться со мной в силе – мое тело с каждой пыткой Арива крепло, несмотря на новые и новые раны. Я сжал сильнее, но заставил себя остановиться и огромным усилием воли разжал пальцы.
– Мог бы и словами сказать, что в порядке, – буркнул Ветер и поспешно забрался к себе на нижние нары.
На нас удивленно покосились несколько соседей, но, наткнувшись на мое злобное лицо, отвели взгляды. Я в который раз подивился человечности Ветра, в то время как остальные напоминали, скорее, оболочки от людей. Так же можно было назвать и меня. Оболочка от человека, наполненная гневом. Но Ветер не разучился улыбаться и проявлять заботу даже под пытками. Я бы поразмышлял над этим, если бы мог размышлять о чем-то дольше минуты. Вскоре сон сморил мое измученное тело.
Звон колокола помог выбраться из очередной пытки, в которой звучал по-отечески заботливый голос Арива. Я горел от гнева и вновь ударил кулаком в стену, а потом еще и еще. Когда костяшки взорвались болью, а кожа счесалась до крови, напряжение поутихло, но не исчезло. Ветер благоразумно не лез ко мне, да и никто не лез.
На тренировке я едва не свернул шею сопернику, но очередной удар плетью по спине спас слабака от смерти. Мой рык разнесся по залу и ошеломил даже меня самого, не то что надзирателя. Еще миг, и я бы бросился на ублюдка с плетью. Желание запихать ее ему в задницу, да поглубже, застило разум. Надзиратель, кажется, даже испугался.
– Стоять на месте! – разнесся по тренировочному залу голос Арива, и я послушно замер. – Мой мальчик, как я погляжу, в тебе бушует гнев. Сегодня у тебя будет возможность выплеснуть его. Ты войдешь в историю, Лихомор, пусть никто и не узнает твоего имени.
Арив подошел ближе и схватил меня за подбородок, всматриваясь в глаза. Удовлетворившись тем, что увидел, он кивнул надзирателю и велел вести меня к нему. Я обреченно вздохнул и поплелся, куда приказали. На миг столкнулся с обеспокоенным взглядом Ветра, но безразлично отвернулся. Слишком человечный, от этого и погибнет. А я, похоже, погибну от очередной пытки своего палача.
В кабинете Арива ждал мужчина лет