Библиотека

Клинки города ярости стр. 155

Размер шрифта
-
+
Тема

нагоняла на меня еще больше ярости. Лишь существо, мельтешащее между нами, вызвало легкий отголосок любопытства. Интересно знать, кто это и почему называл меня ребенком?

Ну до чего же пересохло горло! Я безумно хотел пить, и каждый глоток слюны казался пригоршней сухой земли. «Я буду рядом, пока мой любимый не вернется». Неужто собралась сидеть здесь и ждать какого-то бедолагу, пока я изнывал от жажды? Из моего горла вырывались рычание и ругань, неподвластные мне самому, как и мольбы о воде. Связанные руки и ноги вдруг одеревенели, отчего казались бесполезными тяжеленными отростками.

Мерзавка жалостливо протянула мне деревянную плошку воды, но я боднул посудину головой. Вода вылилась прямо на робу, попала девке на руки, обрызгала шаровары, но она, не сказав ни слова, вновь налила из кувшина. Во второй раз я не стал действовать так опрометчиво. Сначала решил напиться, а остатки выплюнуть мерзавке в лицо, но так и не смог остановиться, пока не допил последний глоток.

Почему-то вода не утолила жажду, а усилила ее. С каждым глотком я хотел пить все сильнее, внутри нарастал жар. На коже вдруг выступили градины пота, хотя в комнатку, где меня заперли, проникал морозный воздух. Внутренний жар поглощал тело и разум слишком быстро, слишком горячо. По-видимому, я плавился изнутри, словно раскаленное докрасна железо в кузне. Дышалось с трудом, отчаянно не хватало воздуха. Каждый вдох казался глотком открытого пламени, от прикосновений с костей будто бы слезала лоскутами обожженная кожа.

Мне наконец развязали руки и ноги, освободив от мерзкой веревки. Не в силах терпеть, я сдернул рубаху и в секундном удовольствии припал спиной к чему-то холодному. Кажется, это стена. Уже через мгновенье каменная кладка раскалилась добела, отчего я отпрянул и зарычал… или заплакал.

Моей груди коснулись чужие руки, и я с воем отпрянул. Нет, не смейте трогать! Жжется! Как же жжется! Я должен умереть, должен убить себя, пока пламя не убило меня само! Хозяин отдал приказ.

Я ударился головой об пол, но мне помешали. Чьи-то разгоряченные руки оттащили меня за плечи и швырнули на спину.

– Отпусти, дрянь! Как же мне жарко! Убей, но не мучай! – рычал я и, кажется, все-таки плакал.

Жар только разрастался. Кто-то поил меня водой и обтирал тело мокрой тряпкой, отчего наступало секундное удовольствие, на место которого приходила новая волна пламени. Неужто меня пытала эта черноволосая дрянь?! Ей не хватило моих страданий, и она решила добавить?

– За что ты так меня ненавидишь?! За что пытаешь?! Пощади, молю тебя! – Вопли вырывались из моего рта, минуя волю и воспаленный разум.

– Любовь моя, прошу, позволь мне помочь. Я схожу с ума, видя тебя таким. Скажи, что болит? Скажи, как облегчить твою боль? – Нежные слова прорвались сквозь гул в ушах, но не смогли разжалобить меня. Я испытывал слишком сильную боль, слишком быстро сгорал, чтобы поверить.

– Сдохни! Сдохни, и этим мне поможешь! Или убей меня! Просто убей. – Мой вопль сорвался на шепот. Мысли разбегались под напором жара, а память растворялась, словно кисель.

– Милый мой, я останусь с тобой до конца. – Женский голос все шептал и шептал, пока чьи-то руки обтирали мое тело чем-то блаженно мокрым.

Мне дали попить, но губы отказались размыкаться, отчего вода

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.