Клинки города ярости стр. 76
годы напролет, и невольно задалась вопросом, сколько же ей лет. Судя по заинтересованному взгляду, задержавшемуся на лице Эрдэнэ, она уже давно выросла. Он потеснил меня, первым войдя в дом, и осмотрелся. Я хмыкнула, но перечить не стала. Беркуты окружили меня, закрывая обзор своими затылками.
Дом изнутри оказался таким же старым, как и снаружи. Большая печь дарила мягкое тепло, отчего волчий вой ветра послышался вдруг далеким и ненастоящим. На окнах висели простенькие занавески, вышитые вручную, а стол украшала такая же расшитая скатерть. Под потолком висели пучки засушенных трав. Надо же, до чего похоже на дом Мауры в сердце Нечистого леса!
На хлипком стуле величественно восседала худощавая женщина лет сорока с лишним. В ее темно-русых волосах, собранных в аккуратный пучок на затылке, серебрилась седина. Лицо уже тронули морщины, хотя в молодости Геулу наверняка считали красивой. Где же уродства, дарованные магией волхатов? Я их так и не разглядела… разве что мудрость в глазах. В них, казалось, затаилась вековая печаль. Наверное, таким пронзительным взглядом не обладал даже Эрдэнэ.
Геула поплотнее запахнула такой же шерстяной платок, как у дочери, и кивнула мне на стул напротив. Я села, куда пригласили, и произнесла:
– Вы просили меня прийти, и я пришла. Мои солдаты объяснили вам суть дела?
– Я прекрасно понимаю, для чего мы с Дишей вам нужны. Герш всегда казался мне слишком помешанным на возрождении Аждархи, чтобы не добиться успеха. Они с вашим отцом нашли друг друга – два одержимых человека. Я хотела поговорить с вами, чтобы понять, одержимы ли вы так же.
– А если нет? – Я изогнула бровь и сцепила руки в замок. Сердце колотилось бешеной дробью. – Что, если я не поддерживаю одержимость отца?
– Тогда нам есть о чем поговорить. Если бы мне показалось, что вы помешаны на Аждархе и власти, которую он может даровать, выгнала бы вас вон.
– Вы же понимаете, что мы не ушли бы просто так?
– Можете делать с нами все что угодно, Амаль Мансур. Хоть убейте. Загвоздка в том, что для ритуала нужна добровольно отданная частица силы. Людей обмануть можно, древнюю магию – никогда.
– Разве посмеем мы причинить вред столь привлекательным дамам? С женщинами куда приятней договариваться полюбовно, – примирительно сказал Эрдэнэ, и на его лице расплылась соблазнительная улыбка. Ею он одарил сначала зардевшуюся Дишу, а после и Геулу. Однако ее очарование гостя оставило равнодушной.
Геула вперила в него внимательный взгляд, отчего я невольно заволновалась. Какой магией она обладала?
Мгновенья будто бы замедлились. Эрдэнэ не дымился и не падал замертво, но и не отводил взгляда. Не мог или не хотел?
– Я буду разговаривать с Амаль Мансур, а не с демоном, который за ширмой из витиеватых слов прячет две безнадежных любви. Эти чувства причиняют вам много боли. Не лгите женщинам, господин, не разбивайте их сердца лживым очарованием.
Эрдэнэ замер и отвел глаза. Его лоб расчертила глубокая морщинка, но спустя миг от нее не осталось и следа. На красивом лице расцвела знакомая мягкая улыбка.
– Что-то не припомню, чтобы волхаты промышляли гаданием, как рыночные шарлатанки.
Геула хмыкнула и вновь повернулась ко мне. Я отвела взгляд от Эрдэнэ, заметив, какой натянутой получилась его улыбка. Две безнадежные любви. Алый