Ключ из жёлтого металла стр. 102
накрыла чайник стеганым колпаком, прикурила наконец изъятую у меня сигарету, поглядела испытующе.
— Теперь твоя очередь рассказывать. Кто ты, что ты, зачем ты есть?.. Ладно, ладно, на последний вопрос можешь не отвечать, этого никто толком не знает, так все и живем, сами не понимаем, во что влипли и на кой оно нам сдалось. Зато ты наверняка знаешь, как тебя зовут. Мне тоже интересно.
— Филипп, — сказал я, чувствуя себя полным идиотом.
Я всегда так себя чувствую, называя свое имя. Теоретически, оно мне нравится. Но вслух почему-то звучит слишком пафосно и совершенно не вяжется ни с моими представлениями о себе, ни тем паче с моим зеркальным отражением.
— У! Хорошее имя какое, — завистливо сказала Мирра. — Если бы я была мальчиком, я бы тоже хотела.
— И тебя вусмерть задразнили бы — не в школе, пожалуй, а уже в институте, требуя немедленно произнести «обличительную гневную речь».
— Не вопрос, — пожала плечами Мирра. — Чего-чего, а это умеем. Да и не училась я ни в каком институте. Я даже школу закончить не успела. Хорошо хоть, вовремя сообразила уйти в художники, им — то есть нам — еще и не такое с рук сходит. А сколько народу имидж художника спас от дурдома, знал бы ты!
— Мне теперь, наверное, тоже придется прикинуться художником, — вздохнул я. — После всей этой телепортации…
— Телепортация — это научная фантастика, — улыбнулась Мирра. — На самом деле ее, конечно же, не бывает. А мы с тобой просто проснулись не там, где заснули. Это совсем другое.
— Но мы же тут целиком проснулись, да? Наши тела не храпят сейчас в кафе, опустив головы на стол?
— Не храпят, — подтвердила она. — Еще чего не хватало.
— Я сперва решил, это просто сон, почти неотличимый от реальности, — вздохнул я. — Когда помнишь, кто ты такой, и осознаешь, что делаешь, но тело при этом смирно лежит под одеялом. Мне такие сны в детстве часто снились, почти всегда, а теперь… Неважно. Кажется, я и правда весь тут. Когда это до меня окончательно дойдет, я, наверное, закричу.
— Вряд ли, — серьезно сказала Мирра. — Если уж до сих пор не собрался.
Разлила чай по кружкам, кинула в мою аж четыре куска сахара, сама размешала, подала мне, строго велела:
— Выпей всё, после таких трипов сладкое полезно, по себе знаю. Мне Лев, помню, торт купил, так я весь умяла…
Я чуть не подавился:
— Кто-кто тебе торт купил?
— Лев. Тот самый понимающий человек, которого мне посчастливилось встретить, когда я проснулась в Праге. До сих пор не знаю — то ли он случайно мимо проходил, то ли нарочно заглянул, Карлов мост — то еще место, вернее, не сам мост, а берег под ним… Но меня он, конечно, натурально спас. Я еще ничего толком понять не успела, но от страха чуть не обделалась, и тут залезает под мост взрослый мужик, сует мне в руки мороженое и спрашивает: «Какой у тебя размер ноги?» А через пять минут вернулся с кедами и повел меня жрать торт. Я так офигела, что не сопротивлялась. И правильно делала. Как бы там ни было, а Лев меня тогда натурально спас.
— Этот твой Лев — он случайно не на Нерудовой живет?
Догадаться было,