Библиотека

Кочевники времени стр. 740

Размер шрифта
-
+
Тема

и передал штурману новые приказы. Он выглядел почти веселым.

— Господа, — сказал он, — казаки уже перешли в наступление. Наша задача теперь состоит в том, чтобы разделить их.

Эта задача едва ли воодушевила нас; но все, что угодно, казалось нам лучше бомбежки лагеря. По крайней мере, цель наша была теперь подвижной.

ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯЧЕРНЫЕ КОРАБЛИ

Я сильно сомневаюсь, Муркок, что когда-либо Вам доводилось переживать такое: смотреть на атаку казаков сверху с палубы высокотехнического воздушного крейсера.

Предводительствуемые флагманом адмирала Краснова, мы опускались все ниже и ниже навстречу земле, чтобы наши торпеды ударили по цели как можно точнее. Мы находились уже едва ли

в пятнадцати метрах над землей, и перед нами поднималось облако черной пыли, в котором можно было различить очертания людей и лошадей. По крайней мере, это имело немного больше сходства с честным поединком.

Капитан Леонов, стоя на мостике, оценил обстановку и отдал приказ:

— Огонь!

Рычаг был нажат, из труб в носу гондолы со свистом вырвались торпеды и полетели в завывающую казачью орду. Торпеды производили пронзительный звук, как будто своими короткими крыльями рассекали воздух. Потом раздался низкий звук, когда они ударили в ряды казаков. Но хотя первый залп имел довольно смертоносные последствия, он ни в малейшем не затормозил яростной атаки.

Затем, когда всадники уже проскакали под нами, мы сбросили наши бомбы и тотчас поднялись вверх, чтобы затем снова спуститься и произвести второй залп торпед. Умелые руки штурмана повернули штурвал, и при быстром повороте корабль закряхтел. Никогда прежде я не летал на судне таких безупречных характеристик, и когда мы вершили свое кровавое дело, я молился о том, чтобы мне когда-нибудь предоставилась возможность получить настоящий пост на корабле такой маневренности. Когда мы снова снизились, казаки разделились, и поначалу это выглядело так, будто они были охвачены паникой. Затем мне стало ясно, что это тактический прием. Они стремились выйти из прямой линии огня, продемонстрировав при этом высший класс кавалерийской дисциплины. Теперь я начал понимать, что имел в виду Пильняк. Пораженный подобной ловкостью и мужеством, я чувствовал себя в той роли, которую вынужден был играть, еще отвратительнее.

Согласно приказу, полученному от флагмана по рации, мы сбросили остаток наших бомб и быстро поднялись вверх. Теперь мы получили полный обзор последствий своего нападения. Повсюду лежали мертвые и умирающие люди и кони. Земля была разрыта кратерами и усеяна красным месивом и разбитыми костями. Меня едва не стошнило.

У Пильняка слезы стояли в глазах.

— Этот «Старец», этот чокнутый расстрига Джугашвили! Он ответит за это! Никакой он не социалист. Он безумный нигилист, который играет жизнями бедных парней.

Слишком часто мы переносим свою вину на первого же подвернувшегося подонка. Однако должен признаться, что в отношении так называемого Стального Царя я был полностью согласен с Пильняком.

Но я желал себе, и уже не в первый раз, чтобы воздушные корабли никогда не были изобретены. Убойная сила этого оружия была пугающей.

Капитан Леонов стоял на мостике, бледный и молчаливый. Он отдал приказ по-русски, тихо и кратко. С кем бы из моих товарищей я ни встретился взглядом, постоянно складывалось впечатление, что во всех нас бродили одни и те же мысли. Случившееся может стать началом гражданской войны. А нет войны

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.