Библиотека

Когда вырастают дети стр. 88

Размер шрифта
-
+
Тема

вдвоем во «дворце», и с окна сорвалась кошка, ловящая воробьев. Невезучая охотница вдохновила Дмитриевского на удачный экспромт. Когда вышли за гаражи на дорожку, загорелись фонари, и Женя увидела круглый подбородок одноклассника. Твердый, как коленка, и, кажется, бритый. Смешно – бритая коленка. Кожа щек была чистая, без прыщей, а глаза темно-серые и блестящие, как у витринного Родриго-Игоря. Но живые. И смотрел он не поверх Жени, а на нее…

Вот еще! С чего это ей в голову полезли мысли о Дмитриевском? Женя расправила лоб и свободнее раскинула брови. Веки подтянулись к вискам, и глаза, светлея, обрели вопросительно-доверчивое выражение. «Я к вам пишу…»

А как это, интересно, – впервые писать письмо любимому человеку? За всю жизнь она лишь дважды писала письма и отправляла их по настоящей почте. Когда жива была бабушка…

У электронной почты нет романтизма, она вроде переписки на уроке. Быстро, удобно, и никакого очарования. Никто не заставит плясать, весело потрясая конвертом в поднятой руке. Сердце не екнет – кто прислал? Не пощупаешь письмо, проверяя заранее, сколько вложено листов, не надорвешь, торопясь… Много волнующих моментов ожидания и предвкушения лишил современного человека бездушный Интернет.

Жене вдруг захотелось написать кому-нибудь обыкновенное, от руки, письмо, пока еще существует не виртуальная почта. Кому? Родриго-Игорь покинул девичьи грезы. Перед тем, как уйти без «прощай», закрасил пустотой все, что Женя себе о нем навоображала. Теперь в том месте посвистывает ветер и метет поземка. Не тепло… Некому взять Женю за руку и, глядя ей в глаза, сказать главное. Три коротких слова, которые всегда, от первых шагов до смерти, ждет любой на земле человек.

А что, если написать настоящему мужчине, кем бы он ни был, то есть своему будущему мужчине? Оставить послание до поры до времени, а едва он появится на горизонте, отправить письмо. Не то, оглянуться не успеешь, молодца захватят другие – с голубыми глазами и льняными локонами…

Письмо не должно напоминать Татьянино. Не в стихах, разумеется, и лучше на листе с вензелем под старину. Линованные листы с вензелем – буквами ЕШ, переплетенными лавровой веточкой, – лежат где-то в ящиках папиного письменного стола. В этом случае очень удобно, что у Жени с папой инициалы совпадают. Он заказал «именную» бумагу для переписки с друзьями очень давно. Теперь они, как все, пользуются Интернетом, а ненужная никому стопка осталась.

Женя проскользнула в папин кабинет и выдвинула верхний ящик стола. Нет бумаги. Во втором ее тоже не оказалось. Третий был заперт на ключ. В плотно пригнанном зазоре торчал уголок цветного, в блестках, картона. Похоже, открытка. Отогнув упругий край, Женя прочла: «Женеч…» Так-так, интересно… Стараясь не обшарпать красочный слой, она тихонько потянула застрявший уголок. Туго двинувшись, добыча поддалась, заскользила и очутилась в руках.

Еловая ветка с шишками, сверкающий алмазными снежинками сиреневый шар в пружинках серпантина. От нарядной открытки исходил слабый запах духов – корица, что-то цитрусовое… апельсиновый ликер? Аромат был сладкий и чуть-чуть отдавал вином. Женя перевернула картинку и прочла то, что уже рассмотрела в урезанном виде: «Женечка!» Почерк кудрявый и крупный. Кто мог назвать папу уменьшительным домашним именем Жени?

Должно быть, открытка прислана ей! Папа не успел передать, они же сегодня не виделись. Или просто

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.