Библиотека

Колесо Перепёлкина стр. 110

Размер шрифта
-
+
Тема

обмазанную смолой корзину, в которой можно плавать по реке; то деревянную птицу с крыльями из тонкой кожи, которую можно запускать с горы… Люди радовались его выдумкам, особенно ребятишки. Только один человек в племени Бака-тутума не радовался…»

«Небось колдун какой-нибудь!»

«Ты правильно догадался. Главный колдун Ггу-шишима. Всякие шаманы, колдуны и вожди терпеть не могут в своем племени тех, кто умнее их… Он косился на Кузнечика и не раз поговаривал, что очень уж похоже, будто в мальчишке сидит один из мелких злых духов — помощников главного злого духа по имени Гню-гню. Но до поры до времени люди Бака-тутума не обращали внимания на ворчание колдуна, хотя духа Гню-гню все боялись. Они считали своим главным богом горячее Мата-Лао (Доброе Солнце), а Гню-гню был владетелем сумрака, зла и пустых желудков…»

«Черный и мохнатый, да?»

«К тому же, горбатый и трехголовый — так утверждал Ггу-шишима… В общем, колдун злился, а Хитроумный кузнечик продолжал изобретать. И однажды придумал пилу — палку по всей длине которой был крепко вбиты зубчики из твердого камня обсидиана. Оказалось, что этой палкой можно перерезать замороженную ногу добытого на охоте носорога, толстый пук камыша или кусок мягкого известняка. И в конце концов Окки-люм решил попробовать: нельзя ли перепилить бревно?»

«И перепилил?»

«Да… Ему пришлось повозиться, но он был упрямый, и в конце концов бревно толщиной с самого Окки-люма оказалось перерезано. Однако этого Кузнечику было мало. У него в голове уже вертелась смутная догадка, и он принялся пилить крепкое бревно снова — недалеко от первого среза. И в конце концов получил деревянный диск шириною в ладонь…»

«Это и было первое в мире колесо?!»

«Конечно… Сперва Окки-люм просто катал его, гонял перед собой и радовался, как ловко эта круглая штука прыгает по тропинкам и пригоркам. Потом проковырял в диске середину и вставил в дыру прочную палку. Он становился на эту палку, привыкал держать равновесие и в конце концов научился ездить…»

«Как я? То есть как мы с тобой!»

«В точности так же… Правда, колесо Окки-люма было не такое аккуратное, а дороги для катанья не такие ровные, как нынче, но все-таки у них получалось…»

«А созвучие между ними было?»

«Разумеется! Как у нас с тобой! Они разговаривали… Именно колесо подсказало Кузнечику, как можно не только развлекаться, но и приносить племени пользу. Посоветовало, чтобы он к концам оси привязал две палки, а на них укрепил плетеную площадку. Получилась тачка. И когда строили на ручье запруду для ловли усатых рыб ши-кулака, Окки-люм легко возил на тачке такие тяжеленные камни, какие с трудом подымали взрослые здоровенные дядьки… И все хвалили Кузнечика, пока не случилась одна неприятность…»

«Наверно, Кузнечик с тачкой налетел на этого… на Ггу-шишигу!»

«Ггу-шишиму… Ты, Вася, догадливый. Только он не налетел, а наехал колесом на большой палец колдунской ноги. Тот все время следил за Окки-люмом, крутился под ногами, ну и вот…»

«Сам же виноват!.. Наверно, заорал, да?»

«Еще бы! Завыл, заплясал, ухватившись за ногу (камень-то на тачке был ого-го какой!), закричал, что это коварные происки Гню-гню и самого Окки-люма, который спутался со злым духом… Ну, сперва колдуну не очень верили, но он был хитрый, принялся вести разговоры, показывать распухший палец, намекать, что и многие другие неприятности — засуха, лихорадка и недавнее солнечное затмение — тоже из-за Окки-люма. «Вы же видели, как наше божественное Мата-Лао оказалось почти полностью закрыто черным колесом!» Ну, и кончилось тем, что вечером перед хижиной Кузнечика уже приплясывала сотня мужиков и теток. Орали:

Колесо предать огню,

В нем сидит злой дух Гню-гню!»

«Дурни первобытные!»

«Да не дурни, а просто толпа. И не в том дело, что первобытная. В наше время лучше что ли? Возьми всякие митинги, когда поорут, а потом идут машины переворачивать и витрины бить. Или этих психов-болельщиков на стадионах… Толпа, она всегда толпа, она уже не думает, на чьей стороне правда, ей надо только, чтобы показали, кого топтать и рвать на части… Хотели уже разломать хижину, отобрать у мальчишки колесо и бросить в костер. Но колдун Ггу-шишима сказал: «Не-ет, так нельзя! Надо, чтобы он сам отправил свою круглую зловредную выдумку в огонь! Чтобы все видели, что он раскаялся и очистился от зла!»

«А самого Окки-люма не хотели бросить в костер? Вместе с колесом…»

«Ну, нет. Тогда были все-таки не нынешние времена. Это сейчас научились стрелять, взрывать и сжигать больших и маленьких без разбора, а в ту пору такое делать еще не смели…

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.