Библиотека

Колодец Единорога стр. 181

Размер шрифта
-
+
Тема

которых и вельможи — те же рабы? В моем Братстве было несколько молодцов даже из Дзика, недовольных запретом есть баранину во вторник… И вот все пропало — погибло, рухнуло, утонуло… и не возродится…

— Ты вправду так думаешь? — спросил Эйрар очень серьезно. — Государь, среди нас есть философ Мелибоэ; он был бы тебе лучшим собеседником, нежели я, но, я думаю, вот с чего бы он начал. Пусть это и звучит несколько по-карренски, но наше наследство — и твое, и мое — это не каменные здания и не акры земли, но мужество и кровь в наших жилах, завещанная отцами. Неужто твой светоч может пылать лишь на мысе Эригу?

— Нет… — отозвался герцог глухо. — Вольное Братство распалось. Мои корабли разошлись кто куда, бросили нас, хотя могли бы спасти все. Видно, люди способны действовать вместе только из страха… Морской Орел высидел гусят, а я… я состарился. Уйди, прошу тебя, оставь меня одного. И зачем тебе вчера понадобилось за мной возвращаться?

Эйрар отошел прочь, понимая, что в этаком расположении духа с ним и впрямь не столкуешься, но про себя чувствуя, что это минует. Другое дело, не стоило ввязываться в спор и слово за слово заводить его далеко — как тогда в лесу, когда умер Люронн, дезерион. А кроме всего прочего, ему самому о многом надо было поразмыслить. Например — как все-таки вышло, что Ос Эригу пал?..

Глядя на волны, катившиеся вдоль борта галеры, он думал: «Волшебник, похоже, был прав: всюду непременно найдется предатель. Герцога Салмонессы предал барон Дейдеи. А нашу Дейларну — такие, как Бритгальт… такие, как мой собственный дядюшка Толо, лакающий вино у Леонсо Фабриция… Разбежалось даже Вольное Братство, предав свою вольность и себя самое. А есть ли изменники у валькингов? Никто пока не слыхал; они правят жестоко… но предателей у них не бывает. Так неужели истина все-таки на их стороне?..» — Но подобной мысли

противилось все его существо, и, отбросив ее, он задался вопросом: — «А сам я — не предатель? Не предал ли я память Гитоны?.. Мама говорила мне перед кончиной: любовь бывает однажды

— и навсегда. Но вот он я: уже во второй раз за неполных два года мне кажется, что это — навеки… Как же так?» — Но стоило вспомнить Аргиру, и все прочее переставало существовать, и он уже снова знал, что ни люди, ни демоны, никакие замки и города не принудят его от нее отказаться…

Голос Эрба вывел его из задумчивости: галера входила в заливчик у побережья Норби. Там все три корабля спустили паруса и встали на якоря.

Сгущались сумерки, ветер понемногу стихал. Заросшие соснами горы круто обрывались в маленький фиорд. Люди вооружились котелками и принялись вычерпывать воду из трюма. Друзья, оказавшиеся на разных кораблях, приставляли ладони ко рту и звали один другого. Карренские Воеводы приехали в лодке проведать сестру. Почувствовав наконец себя в безопасности, все ощутили голод. Заглянули в рундуки на борту, но оказалось, что в свое время никто не позаботился снабдить трофейное судно должным припасом. Хлеба не сыскалось ни крошки, лишь горстка черных маслин

— галера, как-никак, была пермандосская, — и немного тамошнего вина. Так что Эйрар первым долгом отправил на

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.