Контрмеры стр. 133
конкретики — то терапевтическое отделение Института Клеточной Химии… точнее, одного из его локальных исследовательских центров. Вставай!
И Аниэр встал. Точнее, сперва сел, переждал лёгкое недолгое головокружение, и только потом утвердился на ногах. А куда бы он делся? Наарис явно не собиралась оставлять его в покое, пока не убедится в полной дееспособности своего ведомого.
— Душ или столовая?
— Сначала душ.
— Тогда я подожду тебя снаружи.
Стоя под упругими тёплыми струями, Аниэр поднял руки. Некоторое время рассматривал их, поворачивая то так, то этак. Потом хмыкнул, мотнул головой.
И принялся за мытьё.
…как и следовало ожидать, Наарис никуда не ушла. Стоило Аниэру выйти, как она молча направилась в столовую, показывая дорогу. Бывший больной (больной ли?) тоже не спешил нарушить молчание. Оставив позади не меньше двухсот метров безликих и пустынных коридоров центра ИКХ, пилоты добрались до бокового — со стороны терапевтического отделения, надо думать — входа в столовую. И вот уж внутри-то их не ждали ни тишина, ни пустота.
Четыре из каждых пяти мест, не меньше, были заняты виирай: перекусывающими, что-то обсуждающими, спорящими, спешащими… зал, не уступающий площадью иному залу ожидания при шлюзах, гудел не хуже того же зала ожидания в арум прибытия сразу трёх крупных транспортов. Причём появление пары пилотов не осталось незамеченным этой редкостно густой толпой.
И Аниэру не слишком понравились взгляды, которыми их провожали. Те, что концентрировались преимущественно на Наарис. А то, как стихали при их приближении разговоры, не понравилось ему ещё сильнее.
«Похоже, кто-то среди целителей болтает больше, чем надо».
Владеющая откликнулась так быстро, словно ждала его мысленного посыла:
«Не в целителях дело. Твоё… выступление породило слишком громкое эхо. Кроме того, кое-какие материалы пришлось выложить в открытый доступ…»
«Грах! Впрочем, да: нельзя вербовать виирай, не предупредив, чем они рискуют».
«Вот именно. Так что мои медицинские файлы и некоторые видеозаписи оказались слишком… востребованы. И винить в этом, в сущности, некого».
«А ты просто не обращай на дураков внимания!»
«Рада бы, да не могу».
Аниэр стиснул зубы. Но предпринять что-либо и в самом деле оказалось невозможно. Ситуация, чтоб её… с одной стороны, все и всё делали правильно. А с другой стороны, эта самая правильность оборачивалась для Наарис сущей пыткой.
Если хоть одна сволочь подойдёт и заговорит, решил Аниэр, дам в грызло. Даже если подойдёт выражать восхищение нашим героизмом. То есть не даже, а особенно. То-то Хранители (те, что поопытнее) при слове «героизм» кривят губы… ясно теперь, почему кривят.
Кристально ясно.
К счастью для «сволочей», мешать героям вкушать плотскую пищу никто не собирался.
Работая ложкой, парой спиц, столовым ножом и челюстями, Аниэр поглядывал на девушку напротив, и странные мысли бродили в его голове. Почему-то ему вспомнилось, как комплексовала по поводу своей внешности Сарина. Это, собственно, некогда послужило одним из зерён, породивших их взаимную… так скажем, нелюбовь. Аниэр оказался достаточно проницателен, чтобы догадаться о девичьих комплексах, но недостаточно умён, чтобы это скрыть. Сарина, при всём своём уме, оказалась недостаточно сообразительна, чтобы скрывать собственное мнение об Аниэре и пару раз пооткровенничала там, где без этого вполне можно было обойтись, намекая на то, к чему отпрыск ген-линии Эссори прямого отношения не имел. Мнение дошло до Аниэра —