Короче, Пушкин стр. 4
комментариями Александра Осповата и Никиты Охотина. Кому близки народнические идеалы, перечтет ревдема Щёголева, у которого Пушкин – имперец, помещик, аристократ, отступившийся от дела революции, а Наталья – пустая транжира. Или социально четкие работы выдающегося пушкиниста Юлиана Оксмана, где ставка сделана на декабризм, сопротивление режиму и крестьянское восстание. Или, напротив, пушкинистику Ахматовой. Или Ходасевича. Или гуманистические публикации 1970–80-х, Юрия Лотмана, Натана Эйдельмана, Вадима Вацуро. Хочется религиозных озарений – имеется статья Валентина Непомнящего “Двадцать строк” о “Памятнике”. Настроены иначе – возьмите лагерную книжку Андрея Синявского (Абрама Терца) “Прогулки с Пушкиным” (прогулки, понятное дело, тюремные). Нужен сжатый компендиум? Книжка Сергея Бочарова и Ирины Сурат. Хотите разобраться в деталях? В последние годы вышли комментарии к ключевым пушкинским текстам, среди авторов – Олег Проскурин, Роман Лейбов, Михаил Безродный, Екатерина Лямина, уже упомянутый А. Осповат. Цикл прекрасных книг Александра Долинина. Статьи Наталии Мазур, Марии Виролайнен, Кирилла Осповата, монографии Ильи Виницкого… ставим многоточие.
Однако нормальный ученый либо дает полномасштабную картину, уделяя равное внимание известному и неизвестному, важному и второстепенному, либо пропускает очевидное. А необходимость в кратком, но полном изложении событий, фактов, текстов и контекстов велика как никогда. 2014 год перепоставил старые вопросы о свободе, державе, империи, личности, принадлежности национальным общностям и космополитизме; 2022-й предельно ужесточил формулировки; 2025-й их обострил. Завершился не только сам петербургский период истории, но и прощание с ним тоже завершилось. Дальше – или превращение наследия в музей с прекрасными пронумерованными экспонатами, или туристический подход – “здесь когда-то было нечто важное, проходим в кассу за билетами”, – или втягивание прошлого в другую жизнь, с полной переменой старых связей и поиском новых точек отсчета.
Я бы сделал ставку на третье. Кому-то нужно будет унести Пушкина с собой туда, другим – остаться с Пушкиным здесь, третьим он поможет склеить реальность, а кому-то послужит засушенной закладкой – на добрую память. Отчасти поэтому книга выходит по обе стороны границы, в двух несовпадающих вариантах: в Москве, в “Редакции Елены Шубиной”, и в Братиславе, в “VidimBooks”. Спасибо издателям, которые смогли нащупать компромисс.
Это книга предварительного чтения, и она предназначена тем, кому Пушкин интересен, но не очевиден, тем, кто вступает на пушкинскую территорию с накопленным читательским опытом, но без филологической подготовки. Главное, чтобы после этой книжки можно было начать читать все более сложные, все более объемные книги, часть которых упомянута в минимальной библиографии. С другой стороны, как всякий компендиум, наша книга может быть забавной для того, кто знает всё и лучше.
Мера субъективности
Высокая, но не беспредельная. Жанр беседы допускает некоторую степень вольности и требует оговорок: это мы точно знаем, это обоснованно предполагаем, а тут сплошные догадки.
Как строится эта книга
В книге три главы и множество разделов.
Говоря о пушкинской судьбе, оставляем только ключевые эпизоды. Ключевые – с нашей точки зрения: дом, лицей, ссылка, возвращение, государь и государство, семья, дуэль, смерть и память. Когда заходит речь о том, как выстроен пушкинский текст, действуем аналогично: “главные” произведения, мотивы, приемы, словесные жесты. И в политике только масштабные темы: история, империя, свобода, война, самодержавие, парламент, справедливость, Россия, Европа, Америка.
Когда-то было важно разделить с поэтом идеал свободы и мечту о справедливости или постичь секреты пушкинской гармонии