Край Вечности стр. 170
Постепенно нарастала клаустрофобия, но Абра ее подавила – сделала глубокий вдох и на миг остановилась.
Наверху расщелины, где-то в тридцати футах, виднелась полоска красного. Небо… Абра представила, как там сквозит свежий прохладный воздух, и глубоко вздохнула. Небо было ярко-красным – похоже, уже наступил день.
Вдруг она увидела там, в вышине, какое-то движение: Беатрис вскарабкалась вверх и выбралась на свободу. Сердито и решительно Абра стиснула зубы. Она не останется здесь!
Абра принялась искать, куда в этом тесном пространстве можно поставить руки и ноги, чтобы выбраться наружу.
Тропа продолжала сужаться, так что карабкаться оказалось даже легче, чем идти вперед. Стены сошлись настолько близко, что Абра не боялась упасть: в самом худшем случае она всего лишь застряла бы, но не разбилась. Эта мысль немного тревожила, однако вскоре Абра уже поднялась наверх.
Выглянув из-за края ущелья, она резко вдохнула.
Открывшийся вид смахивал на лунный пейзаж, только без пыли – бесконечная каменная равнина цвета гранита. Слева от узкой расщелины она постепенно спускалась к лесу, а за лесом – через много миль – поднимался в красной утренней дымке город. Справа же гранит простирался так далеко, насколько хватало взгляда.
А потом Абра увидела Беатрис: та застыла на фоне красного неба, подобно статуе.
23Выбравшись из провала, Абра
сразу заметила: на всей равнине, куда ни посмотри, не было ни одного дерева. Выходит, Древа Жизни здесь нет, так зачем Беатрис сюда явилась?
Неужели она увлекла Абру в ложном направлении? Пора мчаться обратно в город? Или настал час лицом к лицу встретиться с Беатрис, как когда-то смело встретилась с Джинном?
Но как только Абра внимательнее рассмотрела каменную равнину, все эти мысли тут же улетучились из ее головы.
Поверхность скалы выглядела грубой и в основном плоской, без больших выступов и образований. Похоже, на плато не было и глубоких расщелин, подобных той, из которой вылезла Абра. Однако до самого горизонта равнину изъязвили гигантские оспины, похожие на ямки от мяча для гольфа, только более широкие и глубокие. Они лежали примерно в десяти футах друг от друга и были до краев заполнены кристально чистой водой.
Абра медленно блуждала среди омутов, двигаясь в направлении Беатрис, и крепко держала рукоятку меча. Тот, кажется, потяжелел, что само по себе уже заставляло насторожиться.
Проходя мимо одного из омутов, Абра заглянула в него. Остановилась… И тут же упала на колени, впиваясь взглядом в глубину, напрочь забыв о мече, о Беатрис и даже о красном свете, омывающем равнину.
В омуте она кое-что увидела. Это было все равно что смотреть телевизор, только более реально. Ее мать мыла посуду на кухне. Абру охватила глубокая тоска по дому, в уголках глаз показались слезы. Что это за необычная магия? Мама, как всегда после обеда, топталась у раковины в том же самом фартуке, в котором обычно занималась готовкой. На столешнице громоздилась посуда, кастрюли стояли на подставках для горячего.
– Какая милая картина! – послышался голос Беатрис.
Абра подняла взгляд и остолбенела: с той стороны омута, всего в семи или восьми футах, стояла Беатрис и смотрела на нее. Абра даже не заметила, как она туда попала.
Абра поднялась с колен и переместила руку поближе к мечу.
– Что это