Край Вечности стр. 247
очень давно. Отец говорил, что каждый ребенок в городе ходит в собственную школу, всем детям запрещено появляться на улице из соображений безопасности, чтобы не сбежали к Бешеным.
Отодвинув занавеску на пару дюймов, Руби уставилась на красную дверь высотки. Она увидела очертания человеческой фигуры, стоявшей у забора. Казалось, это всего лишь тень. Еще двое выскочили из-за угла, заглянули в переулок, а потом бегом вернулись туда, откуда пришли.
Вдруг Руби услышала, как по лестнице поднимается отец, и мигом нырнула в постель.
Отец заглянул к ней в комнату.
– Доброй ночи, Руби.
– Спокойной ночи.
– Я закрою дверь, ладно?
Руби быстро, чуть ли не нервно, кивнула.
– Запирать я сегодня ее не буду, так что запри сама – если захочешь. Согласна?
Руби снова кивнула, на сей раз молча.
Отец улыбнулся, сделал шаг назад и притворил дверь.
Руби села в постели. В последнее время поведение отца изменилось. Словно он ее отпускал, а может, отталкивал, Руби до конца не понимала. Изменилось все. Руби ценила новообретенную свободу, но в их с отцом отношениях появилось нечто мрачное. Опустошенной и встревоженной Руби казалось, что ее выпустили из клетки, но по ту сторону прутьев поджидало только худшее.
Что-то происходило вокруг. Что-то очень важное, Руби была в этом уверена.
Руби замерла в ожидании.
Досчитала до ста по меньшей мере четыре раза и только потом осторожно подкралась к выходу. И сжимая дверную ручку, Руби в первый раз осознала, насколько глубокий страх внушил ей отец: она попросту боялась открыть дверь. Прежде Руби этого не замечала – всякий раз, хватаясь за ручку и поворачивая ее, она ощущала, как к горлу подкатывает комок ужаса, не давая вдохнуть. Это происходило, даже когда она пыталась войти в уборную в школе или покинуть дом.
Сейчас Руби впервые это поняла.
Она повернула ручку и выглянула в коридор. Ей показалось, она совершила настоящий подвиг, что потребовал огромного мужества. Дверь отца была закрыта и заперта. Он всегда запирал ее по ночам, будто ждал, что в дом кто-то вломится, однако до сих пор подобного не случалось. Руби вспомнила, как отец всегда говорил, запирая дверь на ночь: «Для защиты».
Из-под двери отца не проглядывала полоска света. Руби сразу же подумала о черном ходе – тот выход всегда был закрыт. А вел он, между тем, в переулок, откуда и до красной двери высотки недалеко. Интересно, запирают ли красную дверь?…
Руби уставилась на дверь чердака в конце коридора. Отец говорил, стоит ее открыть, в мир вырвутся монстры – жуткая тьма, неописуемый ужас, силы, которые разрушат город до основания. А вдруг тот юноша – один из этих монстров? Похоже на то…
«Я твой брат. Лео…»
Эти слова уничтожили весь ее мир, и теперь Руби приходилось выстраивать его с нуля. Она будто рыскала по руинам разгромленного города, отчаянно ища хоть что-то знакомое, но ничего не находила. Отец был словно чужим – человеком, который за всю жизнь не сказал ей ни слова правды. Руби больше не верила прошлому. Ее брат не умер. А как же мама?
«Я твой брат. Лео…»
Затаив дыхание, осторожно, будто под половицы заложены мины, Руби направилась к лестнице. Спустилась на второй этаж, затем на первый. Все