Библиотека

Красные огурцы стр. 77

Размер шрифта
-
+
Тема

— Какой еще поликлиники?! У нас тут отродясь поликлиник не было! Кто это был, а? Опять твои проститутки?! Совсем стыд потеряли! Уже домой приезжают!

— Сусанна…

— Когда же это кончится?! Ты бы хоть детей постеснялся! — В ее голосе звучало торжество. — Еще раз ее с тобой увижу — яйца оторву! — сияя, закончила она.

После завтрака Аслан отправился в сад обдумать положение. Еще вчера после визита Анжелики он был преисполнен решимости найти дизайнера, сделать с ним что‑нибудь ужасное и таким образом решить все проблемы одним махом — отомстить за унижение, заработать денег и отвязаться от настырной вдовы. Однако явление врага в компании спецназовцев, вооруженного и награжденного медалью, несколько охладило пыл мстителя. Аслан всерьез задумался, стоит ли ради морального удовлетворения и жалкого миллиона евро связываться с батальоном головорезов в бронежилетах. Он взвешивал за и против, и выходило, что не стоит. Анжелика, несмотря на свои размеры, не сильно влияла на результаты этого взвешивания. До сегодняшнего утра. Когда стало понятно, что она не только не отвяжется, но и может в своих поползновениях дойти до Сусанны. Что будет дальше, Аслан боялся думать. Сам факт этой встречи был конечным звеном в цепочке событий. Дальше не было ничего, конец игры.

Анжелика перевешивала всех.

Аслан сел на качели в саду и начал раскачиваться. Анжелику можно было бы убить. Можно было бы от нее откупиться своим кровным миллионом. Он раскачивался все сильнее, мальчишеский инстинкт подсказывал, что скоро можно будет здорово и далеко спрыгнуть. Спрыгнуть! Исчезнуть. Залечь на дно, пока все не рассосется. Аслан взмыл в верхнюю точку, отпустил руки и позволил инерции вышвырнуть его вверх, навстречу солнцу, макушкам елок, бирюзовому небу, Хрустальному Дворцу… Он ловко приземлился, решение было принято. Через месяц страсти утихнут, спокойно займемся поисками Антона, спланируем его поимку и отжим денег или… Или время подскажет еще какой‑нибудь вариант.

Тем временем Анжелика приехала в свое еще не достроенное, но уже опустевшее после смерти мужа родовое гнездо — в совершенно расстроенных чувствах. Все это время ей казалось, что она охотится за чемоданом, а Антуан — лишь бестолковый курьер этой мечты. Но оказалось, что часть счастья была сосредоточена и в самом курьере. Мысль об измене, о том, что ей, маркизе, кто‑то может изменить, не укладывалась в сюжет ее жизненного романа. Изменяла она, и обычно это звучало в ее внутреннем повествовании как «волею судеб Анжелика сблизилась с юным виконтом, инструктором из фитнес‑центра». Но чтобы Антуан с какой‑то чиксой!.. Тот, которому она писала про страдания, открыла ему в смс‑ках свою душу! Какой‑то дизайнер, даже и не художник, если разобраться, прикарманил ее денежки и предпочел ей… кого? Какая разница, кого! Предпочел!

Она прошла в комнату, которую называла мастерской. У окна все еще стоял недоделанный этюд шара на драпировке, к которому она так и не притрагивалась с того дня, как… «Вот тебе!» — воскликнула Анжелика и пнула этюдник. Хрупкое сооружение с шумом обрушилось, палитра, картонка, кисточки, краски и угольные палочки разлетелись во все стороны. Стало чуть легче. Она достала телефон и отбила прощальное послание. Эпистолярный роман закончился.

41

Даже опытные парашютисты говорят, что никогда не помнят толком момента прыжка. Сознание, не в силах бороться с инстинктом самосохранения (который обычно выступает против прыжков в бездну), отключается. Действия совершаются

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.