Кремль 2222. Северо-восток стр. 128
– Нет, конечно. Это прозвище, – выглядела Алёна какой-то поникшей. А мне хотелось, чтобы она улыбнулась. Но смешить девчонок я не умел. Для меня проще еще раз сразиться с Чинуком.
Тем не менее я предпринял еще одну попытку продолжить разговор:
– Кем-кем, а Тихим я бы его не назвал.
– Его имя Тихон. Вот отсюда и прозвище, – терпеливо пояснила Алёна.
«Мог бы и сам догадаться, – желчно заметил Лёнька. – Хотя правильно, зачем интеллект напрягать, если есть повод почесать язык с барышней».
Алёна потеряла ко мне интерес и подошла к брату, а в меня ни с того ни с сего вцепился Олег Петрович. Он увидел татуировку, которая торчала в прорехе рукава, и изменился в лице:
– Дан, что это?!
Интонации ниитьмовца сразу напомнили мне о Кощее. Олег Петрович глазел на изображение птицы с тем же выражением изумления и недоверия, что и командир отряда маркитантов.
Я вновь не стал темнить. Рассказал о семейной традиции.
Олег Петрович расплылся в довольной улыбке, будто ему поднесли медовый пирог.
– Что ж ты сразу не рассказал мне о ней, дурья башка! Вот же оно – доказательство!
– Какое доказательство? – не понял я.
– Что ты и впрямь из Кремля, – он увидел мое удивленное лицо и непонятно добавил: – А ты не знал, да?
– Чего не
знал? Что я из Кремля?
Кто-то из нас двоих явно спятил. И это уж точно не я.
– Феникс – это опознавательный знак. Пароль, понимаешь? Ты есть в списках, – снова непонятно пояснил ниитьмовец. – Не понимаешь… Похоже, нам надо поговорить. Неторопливо и обстоятельно. Сразу, как только вернемся в Ниитьму. А сейчас… Богдан, скажи болотникам, что мы готовы идти дальше. Ведь наша договоренность в силе? Они и впрямь проведут нас подземными туннелями на Рижский?
«Лёня, что скажешь?» – переадресовал я вопрос.
«Проведут», – заверил меня осьминог-телепат.
* * *Вожак с отметиной на плече не обманул. Путь под землей прошел без приключений. Из темных ответвлений туннелей доносились шорохи и вздохи, мелькали подозрительные тени, но ни одна мутировавшая тварь так и не заступила нам дорогу.
Болотник остановился возле торчащих из стены скоб-ступеней и указал перепончатой конечностью на уходящий вверх колодец. Его жест был понятен и без слов: «Пришли. Там выход на поверхность».
– Погоди, – засомневался Олег Петрович. – Судя по нашей карте, этот люк был заварен еще до Войны. А за последующие годы его наверняка и землей засыпало. Нам надо пройти чуть дальше и повернуть налево…
Я вкратце пересказал болотнику сомнения командира. В ответ мутант заревел, затряс башкой и разинул бездонную пасть, разразившись целой речугой:
«Хомо глупы, если слушаются не мудрого Вожака, а какого-то Карту, который и под землей-то небось ни разу не ходил. Зато я проходил тут много-много раз и точно знаю, что, где и как. Этот люк открыт с незапамятных времен. У него вообще нет крышки. А еще он находится под вагоном, и нео о нем не знают. Я понял, что вы хотите попасть на Рижский незамеченными, поэтому и привел вас сюда. А если послушаться Карту и пройти дальше, то вы вылезете на поверхность как раз посреди костров нео. Поспеете аккурат к обеду. В качестве главных блюд».
Я машинально озвучил тираду вслух дословно, не очень-то