Кремль 2222. Северо-восток стр. 129
вникая в смысл. А когда понял, губы сами собой расплылись в улыбке. Во дает, Вожак! Догадался, что наша цель – скрытность, хотя об этом не было сказано ни слова. Да еще и сыронизировал напоследок.
Лица ниитьмовцев вытянулись. Даже Олег Петрович малость прибалдел, но быстро пришел в себя. Кивнул болотнику:
– Раз так, спасибо, конечно. Руслан, – он сделал знак одному из своих бойцов, мол, поднимись, проверь.
Часть ведущих к люку металлических скоб-ступенек проржавела и обвалилась, но Руслан ловко взобрался вверх по стене, цепляясь руками и ступнями за выщерблены в кирпичах, осторожно выглянул наружу, а потом дважды мигнул фонарем, дескать, люк открыт, можно вылезать.
Вожак с отметиной на плече снова затряс головой и замахал перепончатыми лапами: «Не мешкайте, хомо, вылезайте сразу. Как только я уйду, сюда сбегутся твари. Сожрут вас».
«Но люк же без крышки, – забеспокоился я. – Твари смогут вылезти на поверхность следом за нами. Может, ты пока останешься тут? Подстрахуешь нас?»
«Не могу остаться. Должен уйти. А твари не станут преследовать вас. Щель под вагоном слишком узка для них, не пролезут».
– И на том спасибо, – я пересказал вслух наш диалог с болотником.
– Ясно, – кивнул Олег Петрович.
Вожак подошел ко мне, склонился и разинул пасть так, что моя голова на миг оказалась у него внутри. Он тут же отступил и закрыл хавальник. Это вожак так попрощался со мной и пошутил: «Съем тебя в следующий раз».
– Угу. Только сперва речным песочком себе зубки почисти, – откликнулся я. – Хорошо помогает запах изо рта отбивать. А то ваши прекрасные дамы с тобой целоваться не захотят, так и знай.
Он понял, затряс башкой – типа оценил шутку, и плюхнул свою перепончатую лапу мне на плечо: «Удачи!»
– И тебе не хворать. Яйца береги, – посоветовал на прощание я.
Болотник развернулся и поковылял прочь.
Тихий проводил его взглядом.
– Лихо ты с ним скорешился, Богдан, – в голосе Ниитьмовца прозвучали настороженность и восхищение одновременно. – У вас в Кремле что, научились общаться с мутами?
– Угу, – буркнул я. А что еще оставалось ответить?
Руслан сбросил нам веревку. Подняться по ней не составило труда.
Люк и впрямь находился под вагоном. Вылезать оказалось непросто – спины и головы терлись о проржавевшее, укрепленное стальными листами днище. Каски, одежда и ремни амуниции задевали за торчащие рейки, болты и погнутые металлические уголки. Особенно тяжело пришлось мне и здоровяку Тихому. Я даже испугался, как бы нам с ним не застрять. Мы были самыми крупными бойцами в группе. Казалось, что вагон стоит прямо на наших спинах. Тесно, неудобно. Зато как укрытие высший
класс. Тут можно залечь и осмотреться вокруг.
Наш вагон приткнулся возле перрона, который частично обвалился, но в целом сохранился неплохо. Дебаркадер прилегал непосредственно к зданию вокзала. Мы не видели толком, что творится внутри, но не сомневались – вокзал битком забит нео. До нас доносилось их рычащее многоголосье.
Мутанты находились и прямо над нами – в вагоне. Оттуда раздавались скребущиеся звуки и ритмичные удары, словно по полу туда-сюда таскали неподъемный сундук. Слышалось тяжелое дыхание и хриплое бессвязное порыкивание нео. Какофонию дополняло странное повизгивание, явно издаваемое самкой – голос звучал не так хрипло, как у самца.
– Никак одна из «обезьян» в «нашем»