Крылья для двоих стр. 50
девчонками, глядя на красную от смущения Олю, подхватили вслед за Денисом:
– Он ооочень сииильно влюблеееен в теееебя, ведь он ооочень сиииильно кричиииит ааа том, чтоб ты тооооже любиииила его, и об ээээтом мы бууудем кричаааать всююю ночь! ВСЮ НОЧЬ! ВСЮ НОЧЬ! ВСЮ НОЧЬ! ВСЮ НОЧЬ! ВСЮ НОЧЬ!
– Ненормальный! – возмущенно воскликнула Оля, захлопывая тетрадь.
Денис театральным жестом прижал ладонь к груди и запел уже тише, но все равно достаточно громко, так, чтобы все могли его слышать:
– Яааааа оооооочееень сииильно люблюююю тееебяяяя, ведь я оооочеееень сиииильноооо...
Девушка вскочила, наградила его гневным взглядом и унеслась прочь, ни разу не обернувшись.
Зеваки сочувственно загудели, а кто-то даже пытался Дениса подбодрить:
– Молодец, пацан!
– Ей понравилось!
– Ты крут, старик!
– Она твоя!
Денис отвесил всем шуточный поклон. Прохожие двинулись дальше, а он с чувством выполненного долга уселся на скамейку, закинул назад голову и с блаженством посмотрел на солнце.
«Надо признать, я пою куда лучше, чем она», – не без радости отметил парень.
Глава 12
Рыжие курочки рулят парадом
Учитель физики отвернулся к доске и принялся писать формулы. Тогда Лера посмотрела на соседку по парте и тихонько сказала:
– Псс, доставай!
Марина плотно сжала губы, чтобы не засмеяться, и полезла в сумочку, откуда вытащила пачку цветных листовок. Лера разделила их на три части и пустила по рядам. Одноклассники оживились, по классу прошелся шепоток.
Физик, не оборачиваясь, постучал ладонью по доске:
– Одиннадцатый «Б», заглохли! А то вы у меня сейчас у доски поговорите!
Лера посмотрела на Олю с Зиной, которые сидели на первой парте и с умным видом записывали в тетрадь формулы. Заглохнуть одиннадцатый «Б» теперь уже не мог. Одноклассники ржали, листовки гуляли с парты на парту, поднялся небывалый шум.
Учитель пришел в бешенство. Он бросил мелок на стол, выбежал из-за кафедры и обвел всех строгим взглядом. Но это не помогло, смешки продолжались. Парни вообще позабыли, где находятся, и переговаривались в голос. Девчонки все как одна покрылись румянцем и смотрели друг на друга расширенными глазами. Физик решительно подошел к третьей парте, где громче всего велось обсуждение, и вырвал у Федосьева листовку. Какое-то время молча ее рассматривал, потом перевел взгляд с листовки на Олю.
– Ольга Соломкина, прошу вас остаться после урока. – Листовку учитель торопливо спрятал в карман.
Класс загоготал, а Федосьев привстал с места и завопил:
– Геннадий Николаевич, это мое приглашение! Верните, пожалуйста!
Его сосед Леха обмахнулся своей листовкой и весело прибавил:
– Она после урока вам лично подарит!
Лера видела, как неловко учителю, насколько он был не готов к тому, что увидел и прочитал.
– Физик просто в ауте, – шепнула ей Марина.
– Пофиг!
– Переписывайте формулы, на следующем уроке проверочная, – заявил Геннадий Николаевич, усаживаясь за стол и делая вид, словно ему срочно понадобилось заполнить журнал.
– Извините, – подала голос Лера, – а закончить последнюю формулу мы должны сами?
Физик глянул на доску с незаконченной формулой и сказал:
– Последнюю не писать.
Раздался долгожданный звонок.
Лера убрала тетрадь с ручкой в сумочку. К их парте подбежала Света.
– Мы ее уничтожили! – выдохнула подружка, с обожанием провожая взглядом Леху. – Ее засмеяли! Боженьки, не хотела бы я оказаться на ее месте!
– Да уж, – согласилась Марина, одергивая коротенькую бежевую юбочку с белыми