Кукла Коломбины стр. 65
Скоро узнаем, кто таков этот любитель кукол.
Нюрка, как услышала, сразу встрепенулась. Теперь уж точно выйдут на Биндюжника.
С этим, однако, вышла незадача.
Когда днем забежала в сыскную, застала Румянцева в тятенькином кабинете. Тот как раз о результатах розыска докладывал. Дверь была приоткрыта, и Нюрка все отлично слышала, стоя в коридоре и приложив навостренное ухо к щели. Хорошо, что рядом никого из сыщиков не оказалось.
Выяснилось, что покупателем был мальчонка лет тринадцати. С виду – как рассказали в лавке – неказистый, но прилично одетый. Когда продавщица, удивившись, спросила, зачем берет, пояснил, что сестрица тех кукол коллекционирует. Как денежек накопит, он ей покупает. В подарок. Из великой братской любви.
«Ну да, как же», – беззвучно пошевелила губами Нюрка.
– Хитер пацан! – произнес Афанасий Силыч. – Ну да и мы не лыком шиты. Возле той лавчонки наблюдение установи. Явится малец в следующий раз, пускай за ним проследят. Авось приведет прямиком к своему хозяину.
– А ну как не явится? – с сомнением спросил Румянцев.
– Должон явиться, – твердо заявил Чебнев. – Кукол он по одной берет. Значит, запасу нет.
– Так Биндюжник, может, больше никого убивать не планирует?
– Планирует. Еще как планирует, – прошептала Нюрка за дверью.
Из сыскной части домой она бежала вприпрыжку. Сказала Фефе, что купит к обеду хлеба, а сама, позабыв обо всем, снова занялась не тем, чем положено.
Няньки дома не оказалось. Оно, может, и к лучшему. С хлебом оплошка вышла. Когда добежала до булочной, на двери уже болтался замок. Теперь так: не успел к нужному часу, считай остался голодным.
Поразмыслив, Нюрка толкнулась к Варваре Модестовне. У той хлеб был всегда, да не простой, а ситный.
С половиной булки она вернулась домой и, довольная, уселась штопать чулок, что порвала намедни, а зашить забыла. Так и бегала с дыркой, хорошо хоть в незаметном месте.
Звонок в дверь застал ее в момент откусывания нитки и заставил вздрогнуть.
Кто может прийти? Зина разве. А если это Николай? Ну, получит сейчас на орехи за то, что пропал!
С бьющимся сердцем она распахнула дверь.
– Привет, Анюта! – поздоровался Румянцев.
Он был весел, поэтому не заметил, как вытянулось ее лицо.
– Здравствуй, Никита. Афанасия Силыча…
– Я не к нему. К тебе, наоборот. Сказать, что паренька взяли.
– Какого еще…
И вдруг поняла:
– Покупателя?
– Ага! У нас сейчас. Подумал: надо бы сказать тебе.
– Правильно подумал. Жди у парадного. Я скоро.
Румянцев постоял перед захлопнувшейся дверью и медленно стал спускаться.
Даже войти не позволила. Обидно.
Выскочив, Нюрка схватила его за рукав:
– А вот и я!
– Может, на трамвае? Быстрее будет.
– Так побежали до трамвая!
И первая сорвалась с места.
Ну и девка! Огонь прямо! Такую приручать замаешься!
Усмехнувшись, он наддал и, обогнав, крикнул:
– Вон из-за угла выворачивает! Скорей!
Они вскочили на подножку и, пробравшись в глубь вагона, встали у окна.
– Тебя Афанасий Силыч за мной послал?
– Нет. Я сам.
– Да ты что? Он же тебе за это…
– Ну и пусть.
Нюрка взглянула пристально, но ничего не сказала, только у поворота к зданию сыскной полиции предложила:
– Скажешь, что случайно встретились и я сама за тобой увязалась.
Насчет «сама увязалась» он был не против, но совсем в другом смысле.
– Не