Лао-цзы. Дао Дэ Цзин. Новое прочтение классического древнего трактата стр. 19
пуститься в разъяснения своей теории:
– Твоя цель в том, чтобы каждый имел возможность позаботиться о собственных нуждах. Это хорошо. Но заметь, что небо и земля имеют свои вечные закономерности; солнце и луна светят собственным светом; звезды занимают определенные места; звери и птицы собираются в отдельные стада и стаи; деревья и кустарники живут в соответствии с собственными циклами и не нуждаются ни в чьей помощи, чтобы оставаться в вертикальном положении.
Учитель Конфуций, ты просто должен позволить человеческой природе выразить себя и следовать пути, заложенному вселенной. Тогда то, чего ты желаешь, исполнится само по себе. Зачем ты напрягаешь все свои силы, чтобы поднять знамя добросердечности? Это все равно что бить в колокол, чтобы поймать беглецов: чем громче ты звонишь, тем дальше они убегают. Из-за этого людям сложнее понять, как правильно поступить.
Глава 19. Неотбеленный шелк и необработанное дерево
Откажись от показной почтительности и расчета в отношениях – и люди получат стократную выгоду.
Перестань говорить о милосердии и справедливости – и люди вновь обретут доброту и благожелательность.
Устрани из дел наживу и хитроумие – и больше не будет грабителей и воров.
Недостаточно просто создать закон на основе этих трех правил.
Надо жить по принципу «будь подобен неотбеленному шелку и необработанному дереву, не окрашенному желаниями и спекуляциями, не отягощенному учебой и заботами».
Милосердие и справедливость
Такие абстрактные понятия, как любовь и доброжелательность, являются одними из самых сложных для перевода. Причин тому множество. Во-первых, абстрактные термины относятся к родственным понятиям, которые смешиваются и сливаются друг с другом, а разные языки по-разному проводят границы между ними. (Вспомните, например, проведенный К. С. Льюисом знаменитый анализ слова «любовь», которое в греческом языке разделяется на четыре родственных понятия, имеющих особые названия.) Во-вторых, абстракции приобретают смысл в конкретных ситуациях. Вот почему понятие «свобода», выраженное в словах Патрика Генри «Дайте мне свободу или дайте мне смерть!», будет иметь иное семантическое значение, чем китайское xiāoyáo, пущенное в оборот Чжуан-цзы для выражения высшего состояния абсолютной свободы духа у познавших Дао, которая подобна полету мифической птицы, парящей высоко над подлунной сферой.
Таким образом, при переводе абстракций всегда происходит рассогласование между языком оригинала и языком перевода. Когда китайское слово xĭhuan переводится на английский язык как like (симпатия), многое теряется, поскольку xĭhuan может также означать романтическую любовь, пристрастие, наслаждение, восторг и другие родственные понятия. Но в то же время многое и добавляется, ведь английское like также имеет множество значений, которые не охватывает китайское xĭhuan. Эти два слова не похожи на стыковочные узлы двух космических кораблей, которые без проблем соединяются друг с другом. Скорее их можно уподобить двум деревьям, которые могут служить схожим целям: отмечать вход в деревню для усталых путников; укрывать от дождя певчих птиц и грызунов, занятых сбором орехов; прятать от посторонних глаз влюбленных, встречающихся при луне; защищать рабочих от палящего солнца. Однако, будучи сформированными под влиянием различных климатических и географических условий, генов и истории, эти деревья разделились и превратились в два разных объекта. Если их сопоставить, то общие очертания одного могут напомнить нам такие же общие очертания другого, но между ними по крайней мере столько же различий, сколько и совпадений.