Ледяной ветер Суоми стр. 38
вынутым из потайного кармана. Сцапали голубчика и выслали домой пинком под зад.
– А немцев сколько насчитал Ерандаков?
– Много больше – аж девяносто одного.
– У тевтонов перевес, – констатировал сыщик.
– Верно, – кивнул начальник штаба. – А вы знаете, что такое искровой телеграф?
– В общих чертах да.
– А что такое пеленгатор?
– Нет.
Генерал-майор объяснил статскому советнику:
– Обычный телеграф, проводной, мы давно уже забрали из-под контроля финнов. Иначе в случае беспорядков войска остались бы без связи. Сепаратисты в ответ начали активно развивать сеть станций искрового беспроводного телеграфа. Их приемно-передающие антенны стоят тут повсюду. Эту сеть правительство не контролирует. Но в штабе Балтийского флота на должности флагманского радиотелеграфиста служит капитан второго ранга Ренгартен. Он изобрел устройство, которое весьма точно может засекать работающие на волнах радиостанции. У них это называется – пеленговать, поэтому прибор именуют пеленгатором. Аппараты Ренгартена установлены на всех крупных береговых радиостанциях флота. И там засекли неизвестную станцию, которая регулярно выходит в эфир… с острова Лонгхольм. Или из его окрестностей.
– Ага! – воскликнул сыщик. – Разведывательная группа с рацией? Ведет скрытное наблюдение за фарватером и рисует его на своих картах. Так?
– Похоже на то. Вот я и послал Насникова туда. Пусть обшарит остров и выкурит этих гадов из их нор.
– Давно там шпионы?
В ответ на этот невинный вопрос генерал-майор взвился:
– Давно, леший их задери! Я поднял переписку и выяснил, что коронный ленсман еще в июле прислал в штаб корпуса рапорт о пропаже овец и дров с необитаемого острова. Затем еще два. Мои раззявы смеялись над ним и подшивали рапорты в папку. А мне не сообщали. Финн отнесся к своим обязанностям добросовестно и честно. Но русские офицеры крутили пальцем у виска… Идиоты!
– Я могу познакомиться с офицером, отвечающим в корпусе за контрразведку? – спросил Лыков.
– Он убыл на лечение в Петербург, минимум до середины октября, – разочаровал его начальник штаба. – Это капитан Левашов. Но он такой… звезд с неба не хватает. Именно Левашов и смеялся над рапортами ленсмана.
– А кто вместо него?
– В штабе никого больше нет, сами знаете, какие штаты у военных.
– Как и у нас, – вставил сыщик. – Экономим копейки, а теряем рубли.
– Вот-вот, – сварливо подтвердил генерал-майор. – Но в столице наконец-то догадались. Виктор Рейнгольдович – умная голова! Он выяснил, что бывшие воинские начальники в Финляндии после отмены воинской повинности сидят без дела, а жалованье получают. Двенадцать окружных управлений плюс управление коменданта города Торнео.
– Да, Ерандаков мне говорил, он хочет привлечь их к делам контрразведки.
Павел Максимович отмахнулся:
– У Ерандакова своих идей не было сроду. Он холуй Сухомлинова и интриган. А у Таубе мыслей –
на троих! Это он придумал насчет забытых воинских присутствий. Мы стали перебирать тамошних офицеров. Они ведь знают здешний уклад жизни. Готовые контрразведчики. И среди них обнаружили человека, наиболее подходящего для секретных дел. Это подполковник Казанцев, звать Дмитрий Леонидович. Служил в Гельсингфорсском окружном управлении, владеет обоими местными языками. Выходец из Четвертого Финляндского стрелкового полка. Способный! Вот с ним вам надо познакомиться, он будет хорошим помощником. Я ему прикажу… когда вернется с побережья. Он уехал в Гангё, там тоже засекли неизвестную радиостанцию. Ну, теперь все?
– Нет, не все. К кому мне обратиться насчет финляндских банковских учреждений? Надо выяснить, не клал ли кто на депозит