Библиотека

Ледяной ветер Суоми стр. 74

Размер шрифта
-
+
Тема

в финляндских банках я проверю сам. Недвижимость… Хм… Попытаюсь. На бирже еще могут играть… В Гельсингфорсе сумею, а вот в других городах будет сложнее. А кто пошлет запросы по империи?

– Департамент полиции, – тут же ответил статский советник. – Нам ответят скорее.

Новиков только успевал записывать. Сыщик наконец решил спросить его в лоб:

– Павел Максимович! Вы лично никого не подозреваете? Скажите честно. Забудьте про честь офицера. Иначе мы предателя не поймаем.

– Как же я могу забыть про честь? – возмутился генерал. – У меня в штабе сорок человек. Один из них, возможно, предатель. Хотя надеюсь, что ротозей. Но остальные тридцать девять офицеров – честные служаки. Вы там в своей полиции, Алексей Николаевич, привыкли иметь дело с отбросами. Уж извините… Очерствели сердцем, пропитались известным цинизмом… Не обидно говорю?

– Валяйте. Чего там – так и есть.

– Вот! А тут русские офицеры. Мне с ними служить. Как я посмотрю в глаза своим товарищам по оружию, если перед этим рылся в их исподнем?

Сыщик дал штабисту выговориться и повторил:

– Кого подозреваете? Вспоминайте. Может, кто проявлял неуместное любопытство или сорил деньгами не по чину. Или просто неприятного поведения, будто с гнильцой человек.

Новиков долго молчал, с тоской глядя в окно, потом покачал головой:

– Никого. Никого я не подозреваю.

Пришлось Марченко и Лыкову делать всю грязную работу самим.

Сорок офицеров – сорок формуляров. Питерец начал с их изучения. Между сухих строк официального документа можно найти немало интересного. Как и по всей русской армии (и не только армии), чуть не половина людей оказались прикомандированными от других частей. Штаты маленькие, а дел полно.

Троих таких временно причисленных Алексей Николаевич быстро вычеркнул. Это были поручики, готовящиеся к поступлению в Академию Генерального штаба. Им не до шпионажа! Зубрят с утра до вечера, в штаб приходят, только чтобы получить жалованье.

Еще несколько человек он забраковал по другим причинам. Они не имели отношения к глубокой штабной работе, а занимались далекими от нее вопросами. Интендантское ведомство, медицинское, оружейное, кадровый учет, топографическая служба, офицерский суд, хозяйственные сферы… Штаты штаба корпуса по всей армии только что усилили командой связи. Начальника телефонистов сыщик тоже вычеркнул.

Основное внимание он уделил ближайшим сотрудникам Новикова – старшему адъютанту по оперативным вопросам капитану Носовичу и просто адъютанту штабс-капитану Бетафуро. Они из кабинета начальника штаба не вылезали. И занимались важными вещами: дислокация, обучение войск, состояние материальной части, вопросы мобилизации, боевое расписание на случай войны. Именно эти двое по роду службы имели доступ к «Большой программе…».

Алексей Николаевич изучил их формуляры и отметил кое-что интересное. Носович родился и вырос в Риге, а это самый немецкий город в империи. Поэтому он окончил немецкую гимназию, в совершенстве владел языком, отучился один год в Гейдельбергском университете. Родственники – мать, сестра и младший брат – и сейчас живут там. Хорошо бы проверить, не вышла ли сестра замуж за тевтона с темным прошлым. И не покупала ли мамаша поместье на Рижском взморье за большие деньги.

Бетафуро заинтересовал сыщика по другой причине. Он начал службу в Двенадцатом пехотном Великолуцком полку, в Туле. И что-то там не задалось у молодого подпоручика. Два года оттрубил – и подал в отставку «по семейным обстоятельствам». Кинули при расставании звездочку на погон… Но про семейные

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.