Лэйси из Ливерпуля стр. 158
поисках спичек, как вдруг заметил Полу и Фрэнка на соседней койке. Крепко обнявшись, они спали. Пола была обнажена, ее маленькое, прекрасно сложенное тело блестело от пота, а шорты Фрэнка были спущены до колен. Его обгоревшую кожу покрывали пятна розового каломина.
Кормак застонал. Он вернулся вместе с Полой, чтобы присматривать за ней, но вот — Пола и Фрэнк, оказывается, занимались любовью прямо у него на глазах. Им крайне необходима еще одна девушка, для Фрэнка. Уолли будет спать с Таней, Кормаку достанется Пола.
Другая девушка! Нетвердо ступая, он выбрался наружу и зашагал туда, откуда доносилась музыка, чтобы поискать эту другую девушку. Быстро темнело. В некоторых автомобилях горел свет, и он слышал стук тарелок. От запаха пищи его затошнило, хотя, насколько Кормак помнил, он ничего не ел сегодня весь день, да и вчера тоже. По дороге промчалась полицейская машина с включенной мигалкой. Кормак оттолкнул с дороги маленького мальчика и какую-то лохматую собаку, чтобы они не попали под колеса. Малыш заплакал, а неблагодарный пес зарычал.
Шагая по направлению к музыке, Кормак, сам не зная отчего, плакал. Он даже не осознавал, что плачет, пока одна из крупных слезинок не упала ему на босую ногу, и он решил, что идет дождь. Он поднял глаза к чистому сумеречному небу и понял: то, что показалось ему дождем, было на самом деле слезами. Он думал о Поле, об Элис и дедушке, о своих сестрах, об Эмбер-стрит и Бутле, о парикмахерском салоне Лэйси, о школе, в которую ходил, и о друзьях, которых встретил в жизни. Он думал об университете и о том, что не вернулся в него, чтобы закончить учебу и получить степень, и вспоминал лицо Элис, когда сказал ей об этом. Он думал о Коре Лэйси.
— Эй, смотри, куда идешь, дружище.
Оказывается, он столкнулся с женщиной, которая шла ему навстречу, держа за руки двоих детей.
— Извините меня, — всхлипнул Кормак. — Мне очень жаль.
— Это еще не конец света, дружок, — мягко откликнулась женщина.
Все еще плача, Кормак заковылял дальше, когда за его спиной раздался удивленный голос:
— Кормак, это ты?
Он обернулся. Женщина с детьми остановилась и смотрела на него, на лице ее читалось недоверие. Она была высокой и крепко сбитой, но с отличной фигурой, ее длинные, густые и непокорные волосы были собраны в узел на затылке. На женщине были черная тенниска с буквами CND спереди и узкие черные брючки. К сожалению, для Фрэнка она была старовата, ей явно перевалило за тридцать, кроме того, в фургоне совершенно не было места для детей.
— Да, я — Кормак, — тихо сказал он.
— Я Фиона, милый. Фионнуала, твоя сестра.
— Фиона! — Еще никому в жизни Кормак не был так рад. Он перестал плакать, сжал свою сестру в объятиях и принялся покрывать ее лицо поцелуями. Она крепко обняла его в ответ и погладила по спине, как маленького. Кто-то из детишек попытался оттащить ее.
— Все в порядке, Колин. Это Кормак, твой дядя. Боже, Кормак, ты ужасно выглядишь. Ты случайно не болен? Пойдем, милый, наша машина недалеко.
Дети побежали вперед и остановились у аккуратного небольшого домика на