Лётчик и девушка стр. 16
стремительно светлело. Меж двух исполинских клубящихся гор опадала расселина – ни дать ни взять кто-то разрезал пышный белоснежный торт. На дне облачного ущелья темнела прогалина.
– Там поверхность, – уверенно сказал Элис, – это не нижний слой облаков, точно поверхность, я-то знаю. Парень, нам выпал шанс. Если я упаду в пике носом вниз, то сумею пройти.
– Элис, – пробормотал лётчик почти удивлённо, – ты…
– Ну давай уже! – нетерпеливо воскликнул самолёт. – Жми!
Под облаком Элиса бросило в штопор.
Лётчик в это время уже терял сознание и не смог бы ответить, где и в чём он ошибся. Его бил озноб, голова кружилась, в глазах темнело. Кишки выворачивались наизнанку. Триплан в стремительном пикировании закладывался на собственную прочность, а не на прочность пилота, и его можно было понять – замученный пилот оклемается в кислородной атмосфере, а разбитому самолёту не поможет уже ничто. Гибель Элиса для лётчика означала и собственную неминуемую гибель: даже если он смог бы выпрыгнуть с парашютом, выжить в джунглях ему вряд ли бы удалось.
Выбравшись, оба они молчали и не пеняли друг другу.
Лётчик сам не понимал, как им удалось справиться. Так туго ему не приходилось даже в бою. Элис вышел из штопора в нескольких метрах над поверхностью – не
над землёй, а над бескрайним лиственным морем сомкнувшихся крон дождевого леса. Зелёные вершины холмов уже высились со всех четырёх сторон.
Сыпал мелкий дождь.
Им повезло, в самом деле безмерно повезло. Грозы шли стороной. Слабый ветерок не закрутил бы в смерч даже пыли. Подняв взгляд, лётчик обнаружил, что прогалина в облаках совершенно исчезла. В ровном сером свечении небосвода не угадывалось ни намёка на неё. Впору было решить, что её открывала и закрыла некая разумная воля.
Лётчик подумал о другом: облачная система стояла слишком высоко для своей непомерной массивности. На Земле основание такой тучи находилось бы в полукилометре над поверхностью, а здесь отстояло от неё на добрый десяток километров. Сверху он замечал, что наковальня облака достигает эфиропаузы и даже вторгается в неё. «Удивительный феномен, – сказал он себе, направляя Элиса вверх, в царство мороси над холмами. – Метеорологический курьёз. Загадка…»
Он закрыл глаза, вслепую отпер кокпит и сдвинул стеклянную крышу на два пальца. Ворвался ветер, холодный и влажный, полный живительного дыхания джунглей. В воздух изрядно было домешано эфира: горький свежий аромат деревьев Адири окрасился его опротивевшим пресным запахом. Но после эфиросферы это был воздух рая.
Лётчик отдышался и полез за картами.
Элис уверенно держал угол кабрирования, и угол обзора рос. Лётчик настраивал бинокль, сверялся с картами и показаниями приборов и напряжённо всматривался в горизонты, задёрнутые пологами дождя. Судя по всему, точка входа оказалась малоудачная. Западный край Адири. До чёртова Синлапа несколько часов пути по стране бурь. «Слишком опасно, – думал лётчик, торопливо перелистывая страницы офицерского атласа, – нас обоих здорово потрепало. Можем не дойти. Должны же здесь быть другие города! Хотя бы посёлки. Добраться на колёсах будет куда проще…»
– Смотри! – крикнул вдруг Элис, – город!
Триплан сам повернул налево и заложил вираж, спускаясь по огромной полуокружности. Лётчик едва успел взяться за штурвал.
Они поднялись высоко. Отсюда джунгли Титана, омрачённые тенью гигантской