Летняя королева стр. 101
– Он, безусловно, святее тебя, – возразила она. – Но дело в другом. Когда двор съедется в аббатство Везле на Пасху, ты должен обеспечить себя средствами разбередить души людские. Я отпишу своей тетушке Агнессе в Сент и монахиням в Фонтевро и попрошу вышить кресты, чтобы раздавать всем, кто выступит в поход на заморские страны.
– Прекрасная мысль. – Людовик подошел к ней и положил руки ей на плечи почти с нежностью.
Алиенора с трудом сдержалась, чтобы не отпрянуть. Если ее осеняли прекрасные идеи, то потому, что чем больше поддержки ей удастся собрать для дяди Раймунда в Антиохии, тем лучше. А когда Людовик благополучно отправится в поход года на два, не меньше, Франция будет принадлежать ей.
Алиенора наблюдала, как сестра нежно купала в медном тазу перед камином своего новорожденного сына, и старалась не чувствовать зависти. Петронилла, отлученная от церкви, тем не менее сумела произвести на свет здорового малыша мужского пола, тогда как у них с Людовиком по-прежнему была только одна Мария. Ей удалось заполучить мужа в свою постель дважды в январе, но цикл начался как обычно, а после весь Великий пост он отказывался заходить к ней в спальню, ибо это было против церковных устоев. Почти все свое время король проводил в Нотр-Дам или Сен-Дени в молитвах или занимался подготовкой к Пасхе и торжественному приему в Везле, до которых оставалось две недели.
– Я рада, что ты здесь, – сказала Алиенора. – Мне тебя не хватало.
Петронилла вынула малыша из таза и завернула в теплое полотенце. Он хныкал и брыкался, посасывая маленький кулачок. Мать чмокнула его в лобик и передала поджидавшей кормилице.
– Я тоже рада, – отозвалась она. – Не нравится мне, когда Рауль один живет при дворе, – говорила она недовольным тоном. – В уединении нечего делать, только ждать, шить и вышагивать по комнате, зато он может делать все что угодно. – Она надула губки. – Да и ты в этот раз не приехала.
– Не могла. При дворе было много дел.
– У Рауля, как видно, тоже.
Алиенора подавила раздражение:
– Он королевский коннетабль и нужен Людовику. И впредь тоже понадобится, когда начнутся сборы в поход к Святой земле, а затем для правления. Его жизнь – при дворе. Тебе это известно.
Но Петрониллу не так-то легко было успокоить.
– Он хранил мне верность?
– Откуда мне знать? – возмутилась Алиенора, не добавив, однако, что Рауль успешно скрывал свои шашни с Петрониллой прямо у нее под носом. – Зато я знаю, что он любит тебя и заботится о тебе. Услышав про рождение сына, он ужасно возгордился.
– Но не поспешил в Аррас навестить
нас, – возразила Петронилла. – А когда мы приехали в Париж, его уже здесь не было.
– Потому что Людовику он нужен в Везле. Вы скоро увидитесь. – Алиенора старалась сохранять терпение. Петронилла вела себя так, словно ее отношения с мужем – самое главное, а ведь как раз сейчас так много поставлено на карту. Верен Рауль или нет – пустяк. Петронилла сама знала, на что шла. – Он будет наделен полной властью после отъезда Людовика, и ему нужно подготовиться к этому. А тебе, как его жене, следует подготовиться вместе с ним.
– Как его наложнице, ты хочешь сказать, – с горечью заметила Петронилла. – Бернар Клервоский побеспокоился об