Летняя королева стр. 113
У бедняков-паломников вообще ничего не было, кроме одного-единственного куска вощеного холста, который они натягивали на палках, чтобы защититься от стихий. Палатка Алиеноры пахла затхлостью, плесенью и дымом. Слуги устлали пол толстым слоем соломы, тоже сырой, но это было лучше, чем жидкая грязь. Алиенора поморщилась. Так жить нельзя – все равно что в свинарнике. Спать под звездами благоуханной летней ночью на собственной земле – одно, и совершенно другое – проводить ночь за ночью под проливным дождем вдали от дома, поддерживая силы скудным пайком.
Ужин состоял из черствого хлеба и аммиачного козьего сыра, который запивали кислым вином, почти превратившимся в уксус. Наступили сумерки, вернулся Жоффруа де Ранкон – он наблюдал за переправой. По-прежнему лил дождь, и вода стекала с его промокшей накидки на солому.
– Осталось всего несколько отбившихся от отряда, – сообщил он. – Мы потеряли еще одну повозку. Придется перераспределить груз. Можно использовать лошадей для перевозки припасов.
– Как считаете нужным, – сказала королева.
– Провианта осталось мало, но если мы будем экономно его расходовать, продержимся до границы. – В глазах его мелькнула тревога. – Пришлось повесить пару негодяев, которые таскали мешки из продуктовых повозок и меняли на вещи. Этому конца не видно. Они плодятся, как крысы в амбаре.
– Когда аббат Клерво освободил всех заключенных, кто поклялся искупить свои прегрешения в крестовом походе, неужели он действительно верил, что они исправятся? – с презрением бросила Алиенора.
Жоффруа криво усмехнулся:
– Я думаю, он просто на это надеялся.
– И оставил нас разбираться с последствиями его идеализма. Кстати, о запасах: нужно убедиться, чтобы все собранное в Аквитании пошло на обеспечение воинов-аквитанцев.
В карих глазах Жоффруа читалось понимание.
– Мадам, это уже сделано и впредь будет соблюдаться.
– Хорошо. Я хочу, чтобы воины, присягавшие мне на верность, были в отличной форме, когда мы достигнем Антиохии. – Она махнула рукой Гизеле. – Полотенце для господина де Ранкона!
Жоффруа взял предложенную ткань и вытер волосы, с которых капала вода.
– До меня дошел слух, что королю не хватает средств.
Алиенора с сарказмом изобразила удивление:
– Как такое могло случиться, когда всеми деньгами управляет мудрый и рассудительный Тьерри де Галеран?
– Уверен, у де Галерана найдется правдоподобное объяснение, – бесстрастно заметил Жоффруа. – Всегда находится. – Возвращая полотенце Гизеле, он опять выразил взглядом полное понимание.
Тьерри де Галеран, рыцарь-тамплиер, советник короля в походе, отвечал за сундуки с деньгами. Алиенора его не терпела за то влияние, которое он оказывал на Людовика и за то, как он обращался с ней, словно она змий в женском обличье.
– В таком случае в своем следующем послании домой Людовик должен попросить Сугерия прислать дополнительные средства. Сообщите мне, сколько серебра у нашего с вами отряда, сколько лошадей, мешков зерна и прочего. Не обязательно давать точную цифру, достаточно сосчитать приблизительно.
– Мадам, я немедленно отдам распоряжение. – Он с поклоном вышел из палатки.
Дождь прекратился, и между рваных облаков проглянул серп луны. Солдаты сгрудились вокруг костров, которые развели из того хвороста, что удалось собрать по дороге. Древесина была сырой и сильно дымила, но в конце концов занялась. Шипела смола, сучья выплевывали снопы искр. Алиенора завернулась в сухую накидку и, послав за музыкантами, вышла из палатки, чтобы присоединиться к придворным рыцарям у костра.
Сырость порядком подпортила струнные инструменты,