Летняя королева стр. 129
самодовольство:
– Еще бы! Гонец только недавно принес известие. Император сообщит вашему мужу уже сегодня.
– Даже если это так, нам следует подождать остальные отряды, идущие из Апулии, а потом продолжать путь вместе. Таков изначальный план.
Ирина согласно кивнула:
– Вы, конечно, поступите, как сочтете нужным, но император намерен устроить для вас рынок на том берегу рукава Святого Георгия, с тем чтобы вы могли запастись необходимым.
Алиенора поблагодарила хозяйку, разговор пошел о другом, но при первой возможности вежливо удалиться она воспользовалась благовидным предлогом и поспешила к Людовику.
Он находился у себя в покоях вместе со знатью и священниками и был так озабочен, что даже не посмотрел на нее злобно и не огрызнулся. Жоффруа и Сальдебрейль де Санзе тоже присутствовали, первый обменялся с королевой быстрыми взглядами, когда она вошла в комнату.
– Императрица только что рассказала мне о победе немцев, – сообщила Алиенора.
Щеки Людовика пылали, глаза сверкали.
– Четырнадцать тысяч турок убиты, – сказал он.
– Целая армия. Неужели правда?
Робер де Дрё пожал плечами:
– Кто знает? Численность всегда трудно определять, а грекам доверять нельзя. Если это действительно так, то, значит, путь свободен, а немцы далеко продвинулись вперед.
– Император утверждает, что немцы согласились приносить ему присягу за каждое поселение, отвоеванное по дороге, – процедил Людовик. – Теперь он требует того же самого от нас в обмен на гарантированное снабжение в течение всего похода. Но я утверждаю, что это его христианский долг – снабжать нас, здесь не идет речь о принуждении или меновой торговле.
Послышался гул одобрения. Алиенора подошла к свободному креслу и опустилась в него, положив руки на позолоченные подлокотники.
– Он хочет, чтобы мы ушли до прибытия отряда из Апулии. Императрица Ирина недвусмысленно дала мне это понять. Возможно, он преувеличивает успехи немцев.
– Император опасается, что как только мы получим подкрепление, то окажемся слишком сильными для него, – заявил епископ Лангра. – Если мы объединимся с немцами и сицилийцами, то сможем захватить Константинополь и использовать его богатства для осуществления наших целей.
Людовик обхватил рукой подбородок и уставился на епископа прищуренным взглядом.
– В самом деле, – разгорячился Лангра, – если все как следует обдумать, то захватить город легко. В некоторых местах стены осыпаются и не выдержат атаки. Людишки здесь вялые, расфуфыренные слизняки – таких одолеть ничего не стоит. Они нанимают других, чтобы воевать, а сами охотятся на тех, кто слабее, – их можно запугать, предать или обхитрить. Нам только и нужно, что перекрыть доступ воды в их трубопровод.
Алиенора почувствовала легкую тревогу. Если Людовик повернет свою армию на Константинополь, то это отвлечет их от первоначальной цели и
они, возможно, никогда не достигнут Антиохии.
– Император относится к нам не дружественно, – продолжал епископ воинственным тоном. – Этот город только зовется христианским, хотя по сути таким не является. Император препятствует тому, чтобы мы оказали помощь страждущим, он сам и есть угнетатель. Разве не он совсем недавно запугал Антиохию и потребовал присяги на верность от графа Раймунда? Разве не он заключает соглашения с неверными? Разве не он изгоняет католических епископов из городов под его правлением и заменяет их своими собственными священниками? Вместо того чтобы объединять силы христиан, он их разобщает. – Лангра ткнул нательным распятием в сторону Людовика. – Так должны ли вы щадить