Библиотека

Летняя королева стр. 259

Размер шрифта
-
+
Тема

сияя от гордости, пока он ковылял от нее к Алиеноре и обратно.

Алиенора принимала успокаивающую ванночку для ног с травами и ароматическим маслом. Маленький Гильом захотел поплескаться в воде, но императрица отвлекла его кусочком хлеба с медом.

Женщина прижала руку к животу.

– Весь в отца, – сказала она, усмехнувшись. – Я считала Гильома активным, но этот ни секунды не дает мне покоя.

Императрица улыбнулась и взяла внука на колени, чтобы покормить.

– Я сомневалась, когда ты заключила брак с моим сыном, стоило ли нам так рисковать, – призналась она. – О тебе ходили разные слухи, пусть даже необоснованные, а за пятнадцать лет брака всего две дочери. Но ты хорошо преуспела – пока.

Алиенора в душе возмутилась. До чего же парадоксальная женщина: то такая внимательная, что предлагает расслабляющую ванночку, то вдруг портит удовольствие резким и покровительственным тоном.

– Я тоже сомневалась, стоит ли игра свеч, – ответила она. – Быть может, я выхожу за мальчишку, пытающегося поступать по-взрослому. Но, к счастью, мои сомнения рассеялись, как, надеюсь, и ваши.

Императрица было обиделась, но ее черты тут же смягчились.

– Мне кажется, мы обе пришли к пониманию, дочь моя.

Но не к любви, подумала Алиенора, хотя и этого хватит.

Внезапно у дверей возник шум, и Эмма открыла ее задохнувшемуся гонцу, который с трудом сообщил, что привез важную новость.

Императрица и Алиенора испуганно переглянулись. Одна передала внука няне, а другая поспешно вытерла ноги и надела мягкие туфли. Боже милостивый, что, если Генрих снова заболел? Что, если он ранен… или того хуже?

Вестник, ослабевший от ветра и заляпанный грязью, вышел вперед и опустился на колени.

– Дамы, – сказал он, обращаясь к обеим, – я привез новость от архиепископа Кентерберийского. – Он сглотнул и взял себя в руки. – Четыре дня тому назад в Дувре от кровотечения умер король Стефан… – Он протянул послание с печатью Теобальда Кентерберийского.

Императрица выхватила письмо и сломала печать. Пергамент дрожал у нее в руке, пока она читала.

– Как долго я этого ждала, – проговорила она, прикрыв рот рукой. – Целую вечность. Я знала, наступит день, но теперь… – У нее задрожал подбородок. – Генриху было чуть больше, чем сейчас моему внуку, когда я начала борьбу. Все эти годы… все эти долгие, долгие годы… – Из ее глаз брызнули слезы.

Алиенора оцепенела. Она ожидала, что Стефан проживет еще достаточно, – за это время они разберутся с Тулузой, воспитают детей на теплом и веселом юге. И вдруг перед ней возникла совсем другая перспектива. Она не знала англичан. Ни их обычаев, ни их языка, если не считать нескольких слов. Она рассчитывала, что займется всем этим в возрасте Матильды и к тому времени будет готова. Алиенора с трудом сглотнула и стиснула зубы. Ребенок в ее утробе перевернулся. Она обратилась к гонцу, по-прежнему стоявшему на коленях, и велела ему подняться.

– Мой господин знает? К нему послали вестников?

– Да, мадам. Они выехали одновременно со мной.

– Ступай подкрепись. Отдохни немного и будь готов снова отправиться в путь, когда понадобится.

Гонец поклонился и вышел.

Женщины смотрели друг на друга, понимая, что грядут необратимые перемены. Лицо Матильды было мокрым от слез, которые лишь подчеркивали венозную сеточку и морщины.

– Я так долго к этому шла. Такое ощущение бывает, когда толкаешь

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.