Библиотека

Летняя ночь для двух одиноких сердец стр. 22

Размер шрифта
-
+
Тема

чтобы поздороваться.

– Геннадий.

Крепкое мужское рукопожатие. Старику хоть и за семьдесят, а порох еще остался в пороховницах.

– Вижу вас, Алексей, и думаю, может, рискнуть и поболтать с молодежью. По голове же не ударят.

– А кто нас знает, Геннадий.

– Можно Гена.

– Хорошо. Хотите выпить?

– Я бы с удовольствием… да здоровье не позволяет.

– Как хотите.

– Погода сегодня осенняя, – подмечает старик. – Аж мурашки по коже.

– Есть такое.

– Почему пьешь в одиночестве?

– Не хочу никого видеть. Плохо мне.

– Понимаю, понимаю. Сам когда-то был молодым.

– Гена, вы когда-нибудь по-настоящему любили?

– О, да! Мне повезло в этом смысле. Любовь не обошла меня стороной, – он улыбнулся. Достал из кармана другой – чистый – платок и высморкался. – Еще в восемнадцать я полюбил свою будущую жену. Прекрасно! Мы прожили хорошую жизнь. Честную.

– Честную?

– Ну… честную по отношению, прежде всего, к себе, а потом уже к другим. Уважение и терпение через обиды и мелкие ссоры – само по себе труд. Поймешь, когда женишься.

– Где ваша жена?

– Ненадолго покинула меня.

– Я… – я смолк, когда он пристально уставился на небо.

– Всегда считал, что я буду ждать Жульен. Но жизнь распределила по-иному. Она меня ждет. Больно жить без нее. Непривычно. По-другому. Гордую осанку держу благодаря внучке, которая так похожа на Жульен. И не только внешностью.

– Когда ее не стало?

– Минуло пять лет.

– …

– Как пять минут прошло. Так и не привык. И уже не привыкну, по всей видимости.

– Какой она была?

– Разной.

– Разной?

– Да. Когда надо было – рассудительной, даже холодной. Нежной и заботливой. Мудрой… и готовой на любую жертву ради нас – семьи. Не жалела себя. Была строгой и вредной. Разной.

– Теперь понимаю, о чем вы.

– А что с твоей любовью? Нашел и потерял?

– Как вы догадались…

– Не надо быть Шерлоком, чтобы понять очевидное. Молодой, красивый человек… сидит в парке, пьет в одиночестве, на пронизывающем ветру…

– Пытаюсь заглушить боль вином.

– Не хочу расстраивать – не поможет. Пробовал на себе. Лишь хуже.

– Согласен, только хуже.

– Расскажите, Алексей, о вашей возлюбленной – от этого больше проку будет.

– Вы хотите?

– Если бы не хотел, не подсел бы.

– Точно. Совсем опьянел.

И я рассказал.

Можно сказать, излил душу. Говорил и говорил. Не упускал ни одной детали, не стесняясь, что меня засмеют. Моя возлюбленная убежала от меня, потому что ей желает смерти родной отец из другого мира, из мира сновидений.

Надо отдать должное старику: он слушал вдумчиво, понимающе покачивая головой, ни разу не перебил.

Ни одного вопроса. А в глазах – участие, переживание, даже боль.

Или почудилось?

– Удивительная история. И, конечно, для вас – печальная.

– Что же мне делать?

– Что ж. Я хотел прервать вас и закричать: «Почему, Лешенька, не догадался развешать по всему городу и в близлежащих городках объявления о пропаже девушки?»

– Кстати…

– Могли быть проблемы с властями.

– Я, наверное, так и сделаю.

– Подожди, – он засмеялся. – Я хотел прервать, но не стал. А почему?

– Почему?

– Не хочу раньше времени ошибиться и выставить себя дураком. Уделите мне еще времени. Думаю, что вы не пожалеете.

– Что нужно делать?

– Проводить меня до дома. До моей личной библиотеки.

* * *

Шли долго.

В силу возраста Геннадий не спешил; шел

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.