Любовь по договоренности стр. 63
надо было узнать. Прощай, милый! – заявила я и тут же внесла номер телефона Далматова-старшего в черный список. Теперь Георгий нежелательный абонент. Персона нон грата для моего мобильного.
Сразу после этого раззвонился стационарный телефон. Поскольку Георгий его номера не знал, я сняла трубку и произнесла стандартное «алло». Честно говоря, я надеялась, что звонит муж, с которым тоже надо было наконец решить насущные вопросы. Но беседовать со мной никто не захотел, трубка запищала зуммером. Я взялась за мобильник, чтобы позвонить мужу, раз уж его вспомнила, но тут послышался скрежет ключа в замке входной двери. Ни у кого, кроме мужа и, разумеется, Люки, ключей от нашей квартиры не было. Поскольку дочь не могла сорваться домой в середине учебного года, сейчас должен явиться муж. Он и явился. Видимо, звонил с лестничной клетки.
Он прошел в комнату в уличных башмаках, чего за ним никогда не водилось, а потому выдавало душевный раздрай.
– Я хотел взять кое-какие вещи, – проговорил муж, – но могу и не брать.
Я не очень поняла, что он имел в виду, а потому решила начать подробный допрос:
– Ты звонил на стационар?
– Да.
– Зачем звонил, если уже был на пороге?
– Сам не знаю… Так… Думал, уйду, если ты вдруг дома. Но вот не ушел…
– Что означало это «могу и не брать»? Мне твои вещи не нужны. Да и вообще, квартира общая, ты в ней такой же хозяин, как и я.
– Я имел в виду… ну… словом, может быть, ты уже… нагулялась… и я тогда могу остаться…
Муж, который всегда поглядывал на меня свысока, сейчас словно сжался и уменьшился в размерах. Не могу сказать, что это мне понравилось, хотя и было прямым следствием моих же действий. Мужчина ни при каких обстоятельствах не должен сжиматься и выглядеть поверженным.
– То есть ты согласен все вернуть на круги своя? – уточнила я.
– Да, – односложно ответил он и по-прежнему жалко кивнул.
– И готов мне все простить?
– Ну… в общем… да… ты ведь неправильно истолковала мое невмешательство в твою жизнь. Мне казалось, что тебе так лучше. Я действительно никогда не мешал тебе творить…
– Скажи еще, что специально создавал для меня особую рабочую обстановку! – перебила его я.
– Ну да… Мне казалось, что мы приспособились друг к другу, что у нас полная гармония…
Я сатанински расхохоталась и взревела:
– Ну ты даешь! Я тебя обслуживала, ты мной пользовался и ничем в моей жизни не интересовался, а теперь хочешь преподнести это как гармонию!
Муж отмахнулся от меня, как от обезумевшей пчелы.
– Анастасия, брось истерить! – достаточно твердо произнес он, что мне понравилось. Мужчина не должен сдаваться женщине. – После восемнадцати лет совместной жизни невозможно гореть, как в медовый месяц, неужели ты этого не понимаешь?!
– Знаешь, Осипчук, даже друзья, с которыми знаком с самой песочницы и куличиков, интересуются жизнью друг друга. Ты, мой муж, не желал знать обо мне ничего! Тебе хотелось только, чтобы в доме всегда была еда, чистое белье и женщина в постели, готовая к исполнению супружеского долга, разве не так?!
– А ты! Ты разве интересовалась мной? Моими интересами? Моими желаниями? Ты жила только внутри своих идиотских романов!
– Вот как! Идиотских! А люди, между прочим, читают и