Люксембургский сад стр. 20
зимы.
Столбик термометра за окном опустился до минус двадцати трех градусов. Мороз освоился в городе, не желая ни на градус сдавать позиции. Укреплялась и дружба Мишеля с Серафимой Михайловной.
До новогодних каникул оставалось всего две недели. Сима все чаще мечтала, что Мишель пригласит её справлять Новый год с ним. Она мечтала надеть такой же свитер, как у него, свернуться калачиком на его коленях и смотреть новогодний концерт по телевизору до утра.
Два предыдущих года Сима справляла Новый год дома с родителями. Её брат забегал ненадолго чмокнуть родных, в отличие от сестры для него празднования заканчивались ближе к пятому января.
Серафима Михайловна смотрела телевизор, ела оливье, а в половине второго ночи под грохот петард засыпала, думая, что на следующий год все будет иначе.
И, наконец, в этом году для нее все действительно могло измениться. Она была благодарна за каждую минуту, проведенную с Мишелем. И хотя ничего не было сказано, она чувствовала, что атмосфера вокруг нее стала другой. В глубине души Сима была уверена, что этот человек никогда не причинит ей зла.
— Ты молодец, — Мишель мягко накрыл Симину ладонь своей, — я горжусь тобой.
Серафима Михайловна возбужденно рассмеялась:
— Ну, может, теперь ты расскажешь, зачем мне нужно было целоваться с крокодилом?
— Прости, но я никогда не смогу рассказать тебе об этом, — спокойно ответил он.
Она понимающе кивнула, пытаясь скрыть разочарование. Они молчали всю дорогу до самого ресторана.
Когда официанты принесли меню и разлили минеральную воду по высоким бокалам, Мишель прервал тягостную тишину.
— Сима, как я говорил, я не расскажу тебе всей правды. Но одно могу обещать: в том, что я делаю, нет ничего противозаконного, — он мягко улыбнулся. — Поэтому, если ты хочешь продолжить нашу безобидную для тебя игру, у меня есть новое задание.
— Какое? — Сима подняла глаза от меню и насмешливо посмотрела на Мишеля. — Поцеловать директора Пафосного?
— Нет, — Мишель весело рассмеялся, — хотя некоторые в вашей гимназии не брезгуют.
Сима удивленно вскинула брови: сплетни коллектива часто обходили её стороной, но всё же Зоя старалась держать её в курсе происходящего.
— Тебе очень идут короткие юбки, — неожиданно сказал Мишель, не сводя с Серафимы глаз.
Иногда его глаза казались желтыми в маленькую темную крапинку, а на ярком зимнем солнце — болотно-зелеными. Мишель был настоящим хамелеоном, не только внутренне, но и внешне. Он выглядел и говорил то как мальчишка, то как президент страны. Сима видела его серьезным, веселым, озорным и задумчивым, но ещё никогда злым. Она подсознательно боялась таких проявлений в незнакомых людях, что-то подсказывало ей, что в гневе Мишель… другой.
Серафима Михайловна снова банально покраснела. Когда же эта позорная привычка оставит её в покое?
— Она не такая уж короткая, — Сима деланно пожала плечами.
— Короче тех, что ты носишь обычно, — Мишель снова улыбнулся.
Они уже целую неделю были на «ты», но Сима все никак не могла привыкнуть.
— Но дело не в этом. Тон Мишеля снова стал серьезным. Он полез в карман и достал сложенный вдвое листок белой бумаги. — Здесь адрес банка, завтра пойдешь и откроешь там счет. На свое имя естественно.
Сима съежилась. Одно дело крокодил, а другое — банк. В какую грязную игру её пытаются втянуть?
— Сима, — Мишель сокрушенно