Лорды Белого замка стр. 319
Такая покладистость свидетельствует либо о редкой тупости, либо о немыслимом, просто нечеловеческом владении собой. Кажется, уколи Клариссу – и вместо крови польется чистый мед. Мод не могла понять воспитанницу, и это ее тяготило.
Солнечный свет, падавший на раму для вышивания, перекрыла тень. Подняв взгляд, Мод увидела перепуганную молоденькую служанку.
– Неста, что случилось?
Девушка присела в книксене, дрожащими руками придерживая складки платья.
– Милорд послал меня за вами, миледи. Валлийцы устроили набег на Хилфрич… подожгли дома. Там, во дворе, несколько человек из деревни. Кое-кто тяжело ранен. – Она нервно сглотнула.
Мод немедленно вскочила на ноги:
– Господи Иисусе! Неста, присмотри за Мабиль. – И указала на младшую дочь, которая сидела в углу сада, играла с кучкой цветочных лепестков и пела странным высоким голосом. – Кларисса, идем!
Обе женщины побежали из сада к донжону. Первым, кого увидела Мод, был Сион, староста Хилфрича. Рука его была замотана, и бинты стали коричневыми от засохшей крови. Возле ног старосты лежала девочка, примерно ровесница Мабиль. На голове несчастной зияла жуткая рана, а светлые косы были залиты алой кровью. Фульк нагнулся к малышке, не выпуская плеча мужчины, и на лице его отразились ярость и горе.
– Бедняжка мертва, – пояснил Сион, в оцепенении посмотрев на Мод. – Один из них сбил ее лошадью, удар копытом прямо по голове пришелся… – Он не договорил. Его взгляд был остекленевшим. Похоже, страшная сцена, свидетелем которой стал староста, до сих пор стояла у него перед глазами.
Сам Сион был валлийцем, а его жена – англичанкой. Но сейчас ее не было видно среди полубезумных от ужаса крестьян деревни.
– Что произошло? Кто это сделал? – спросила Мод у Сиона.
Кларисса нашла одеяло и бережно укутала мертвую девочку, прикрыв мягкой тканью зияющую рану.
– Заявились без предупреждения, – сказал Сион. – Прискакали верхом на лошадях, откуда ни возьмись. – Голос его был таким же пустым, как и глаза.
– Да кто прискакал? – Мод взяла его за перевязанную руку и стала осторожно разматывать бинты.
Вместо старосты ответил Фульк:
– Валлийцы. – Он выговорил это слово хрипло от гнева. – Хилфрич – пограничная деревня. Они утверждают, что якобы это их территория.
Мод пришла в ужас:
– Но зачем было жечь деревню дотла? Раньше они всегда забирали урожай и скот, но… никогда прежде ничего подобного не было.
Через всю кисть у старосты шла рана, настолько глубокая, что видно было кость. Мод вздрогнула: рану она зашьет, но рукой он, скорее всего, пользоваться больше не сможет.
Фульк покачал головой:
– Не знаю. Мы с Лливелином… У нас, конечно, случались разногласия, с тех пор как я заключил с королем мир и обновил клятву верности, но такое…
– С Лливелином? Ты думаешь, это его люди?
– А чьи же еще?
Фульк стал обходить жителей деревни, наклоняясь к каждому из них, чтобы утешить и пообещать, что он обязательно разберется с их обидчиками. Сын следовал за ним по пятам, побледневший, но решительный.
Мод занялась ранеными. Еще недавно Кларисса ее раздражала, но сейчас Мод могла лишь благословить небеса за то, что у нее есть такая помощница. Молодая женщина проворно сновала между крестьянами. Ее спокойные и умелые движения явно их успокаивали.
– Все рассказывают одно и то же, – позже говорил Фульк жене. Он приказал седлать лошадей и принялся