Лучше быть тварью, чем рабом стр. 47
Я могу посмотреть в глаза всем вам, будучи убийцей. Бейте, рвите меня, плюйте на меня, убивайте меня – я больше не боюсь. Я больше не раб!
Рогнеда и Рувим поднялись со своих мест и молча покинули зал. Старик не стал их останавливать или что-то говорить им вслед, он понимал, что все закончено и нет больше смысла их задерживать.
– Бейте меня, ненавидьте меня, выбивайте мне зубы, душите меня. Я вас больше не боюсь. Я никого не боюсь, я не раб, я свободный человек. Это я ее убил.
Старик молча смотрел на Вакулу какое-то время. А затем, когда тот вытер руками слезы, сопли и взглянул на него своими красными убитыми глазами, наконец сказал:
– Напиши откровение и дай ему название «Я не хочу убивать. Признание человека, совершившего убийство». Если не сможешь сам, расскажи мне свою историю от начала и до конца, я напишу за тебя. Не знаю, издадут ее или нет, но попробовать предложить ее издателям все же стоит, ведь тема жизненная. Там, в тюрьме, чтобы выжить, нужна цель. Это – хорошая цель.
– Я попробую не сдохнуть в тюрьме.
– Тогда поставь перед собой цель не сдохнуть. Не оправдывайся ни перед кем из тех, кто будет отбывать наказание вместе с тобой. У каждого из них достаточно своего горя, за которое они перед тобой оправдываться не станут. Никому не лги, ничего и никого не бойся и имей всегда цель. Возможно, ты выживешь и выйдешь на свободу. А сейчас сходи умойся, я тебя подожду. Может, напоследок… будешь кофе, чай?
– Я был хотел выпить чаю с лимоном. Есть?
– Да, я сейчас сделаю. Туалет по коридору направо.
– Благодарю.
Старик поставил кипятиться воду в чайнике, а сам подумал: «Может, еще предложить печенья к чаю? Может, мне позвонить ей… Спустя столько лет набраться мужества и позвонить, чтобы узнать все то, чего я так и не узнаю, подохнув однажды. Я никогда не видел своих внуков. Что мне им сказать, они, возможно, даже не знают обо мне. Я бы мог сказать, что, помимо общения с преступниками, я еще пишу книги. Думаю, хороший предлог завести разговор».
* * *Убийца пил чай с лимоном, сидя в полной тишине. Старик тоже пил чай, но без лимона. Кушал печенье и думал о своем. Он не торопил своего собеседника.«Я тварь, но не раб.
Я убийца, но не раб.
Я свободный человек и больше не хороший.
Я себя судить буду сам: пожизненное заключение – не наказание. Смертная казнь – не наказание. Осуждение людей, их презрительные взгляды – не наказание.
Просыпаться с тем, что ты сделал, и засыпать с тем, что ты мог исправить, – вот наказание. Я сам выбрал свой путь. Я сам буду расплачиваться за содеянное.
Дрожать от каждого незнакомого шороха, скрипа, подозрительного взгляда – вот наказание. Жить, будто все на свете знают твою тайну и составляют заговор против тебя, чтобы в любой момент подойти и прихлопнуть тебя, как муху – вот неволя.
Я больше не раб – я больше не дрожу.
Я освободился.
Я – убийца.
Я – тварь.
Не раб».
* * *Часть четвертая. «Я не хочу убивать. Признание»
Старик посещал Вакулу время от