Библиотека

Лжедмитрий Второй, настоящий стр. 165

Размер шрифта
-
+
Тема

вы навеки. Вы муж и жена! Вместе поклоняйтесь Всевышнему, живите в добродетели! Живите по закону православному. Царица, повинуйся ему: как святой крест – глава церкви, так муж – глава жены. Будьте счастливы вы, и пусть будут счастливы дети и внуки ваши во веки веков!

Здесь, согласно обычаю, святой отец должен был положить на пол вазу драгоценного стекла, чтобы кто-то из венчающихся разбил ее. Кому удалось это сделать первому, тот, по народной примете, и будет главным в доме, тот и будет всем править.

Чтобы не вызывать кривотолков в народе и не рисковать, патриарх Игнатий сам ногой наступил на чашу и тяжело раздавил ее.

Вся знать и все духовенство подходили к Марине и к Дмитрию и целовали им руки.

– Будь благословенна и счастлива ты, царица Русии, – говорили русские.

– Будь благословенна и счастлива ты, царица Московии, – говорили литовцы.

Марина была чудо как хороша. Она просто вся светилась. Глаз оторвать от нее было невозможно.

К венцу ее под руки вели княгиня Мстиславская и отец – воевода сандомирский. А выводил ее из храма Юрий Мнишек уже вместе с князем Василием Ивановичем Шуйским. Может быть, потому, что ранг Марины повысился.

Народ вокруг храма ликовал:

– Славься солнце наше – государь Дмитрий Иванович!

– Славься царица московская Марина Юрьевна!

Князь Мстиславский рассыпал вокруг в большом количестве крупные золотые монеты – португальские дукаты.

«Москва» буквально давилась из-за них. Возле каждой упавшей монеты завязывался круговорот безжалостной драки с выкручиванием рук, с выворачиванием пальцев, с насильным открыванием рта, куда немедленно запихивались монеты.

Несколько бояр в золотых костюмах, из числа поджидавших Дмитрия у входа, не выдержали и бросились за одной откатившейся в сторону деньгой.

Поляки же, напротив, вели себя сдержанно и высокомерно. Когда одному из поляков, камердинеру Марины Яну Осмольскому, на шляпу попала золотая монета, он брезгливо отбросил ее шляпой в сторону, на землю к двум ползающим там боярам.

Церемония свадьбы, танцы, фейерверки, выстрелы из пушек и игра на трубах полностью закончились только к часу ночи.

Наконец наступило время проводов жениха и невесты к брачной постели. Шли торжественные приготовления, ритуальные построения и речи.

Дмитрий, не дожидаясь ритуального торжественного многолюдного шествия, подхватил Марину на руки и быстро скрылся с ней в переходах к царской спальне.

– Стой, государь! Куда? – закричал князь Федор Иванович Мстиславский.

Молчаливая немецкая мрачная охрана в латах и при бердышах молча встала на пути приготовившейся процессии.

Вся знать – Шуйские, Мстиславские, Голицыны, Бельские и их жены – удивленно переглянулась: так на Русии никогда не делалось.

Свою победу над Мариной в эту ночь Дмитрий оценивал выше победы своего войска под Кромами.

* * *

Утомленный празднествами, Дмитрий решил наконец заняться делами. 16-го мая ночью на удивление был сильный заморозок и снегопад и, как сообщили Дмитрию, многие хлеба померзли.

Государь не придал этому особенного значения – при Годунове было и не такое.

В шелковой голубой одежде, в высокой шапке с жезлом в руке он принимал иноземцев в Золотой палате. Это были посол и посланник короля Сигизмунда Третьего – паны Николай Олесницкий и Александр Гонсевский.

Дмитрий не хотел брать в руки грамоту Сигизмундову, потому что в ней он был назван «великим князем».

– Какому такому князю

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.