Лжедмитрий Второй, настоящий стр. 179
к Андрею Нагому и сказал:
– Помилуй, государь, я не выдержал и открыл тебя перед этими людьми. Святой Николай Угодник простит меня.
Его слова произвели серьезное впечатление на воеводу и его людей. Они испугались и бросились в ноги к Дмитрию:
– Мы виноваты перед тобой, государь. Готовы пожертвовать жизнью за тебя против твоих врагов.
В этот же день из Стародуба в направлении Моравска ускакал всадник. А еще через несколько дней появился князь Казимир Меховецкий с двумя тысячами хорошо вооруженных польских конников.
Стародуб ликовал.
* * *Дмитрий сразу велел Меховецкому отправляться в Козельск – освободить его от осады войсками Шуйского.
– Как скоро следует выступать, ваше величество? – спросил Меховецкий у своего бывшего воспитанника.
– Немедленно, пан Казимир. Как только ваши люди снова смогут сесть на коней. Город в любую минуту может пасть.
Молодой сын Грозного быстро набирал силу. Он уже знал все происходящее в ближайших городах, а кроме того, он хотел создать перевес русским силам над литовскими, чтобы не быть целиком под рукой польского воеводы.
– Оттуда вам сразу надо идти на Тулу. Я выйду туда, как только приведу казаков в порядок.
Меховецкий нехотя подчинился, вывел свой отряд из города и повел его по снежным дорогам к Козельску.
Он был слугой двух государей – Сигизмунда и Дмитрия. Кто бы из них ни выиграл в этой многоходовой, очень сложной шахматной партии, он, Казимир, выигрывал тоже.
Тем не менее он поразился, как быстро этот забитый полупопович менял облик. Человек, которого он по просьбе Афанасия Нагого столько лет содержал и воспитывал как больного ребенка, на глазах наливался силой и уверенностью. И все окружающие его русские, как в греческом театре, очень быстро начали «играть царя».
«Не дай Бог ему стать государем! – думал Меховецкий. – Много голов будет снесено на Русии! Хорошо бы моя уцелела!»
* * *Люди в Туле от слабости с трудом ходили и стояли в воде. И царь Петр с Болотниковым начали переговоры с Шуйским. Их человек передал московскому царю:
– Если ты, государь, сохранишь им жизнь, они готовы сдаться вместе с крепостью. Если же нет, они будут держаться до тех пор, пока хоть один человек в Туле будет жив. Даже если им для этого придется пожрать друг друга.
На эти слова Шуйский ответил посланнику:
– Хотя я и поклялся ни одного человека в Туле не пощадить, все же я сменю гнев на милость ради их храбрости и честности. Они давали присягу вору и твердо соблюдали ее. За то, что они так твердо ее держали, я дарую им жизнь. Конечно, если они так же верно будут служить мне.
Шуйский даже поцеловал крест в подтверждение своих милостивых слов.
После такого ответа решено было сдать город.
Князь Григорий Шаховский совершенно был не согласен. Он пытался поднять казаков против Болотникова и Петра, но его схватили и заперли в подвале.
1 октября Тула сдалась Шуйскому.
Толпы вырвавшихся и отпущенных Шуйским казаков и других свободных людей покатились разными путями из Тулы к Стародубу. Уже прошел слух, что государь Дмитрий с войском атамана Ивана Заруцкого и с польскими отрядами находится там.
* * *В походном белом зимнем утепленном шатре царь Шуйский лично допрашивал Григория