Библиотека

Мачо не плачут стр. 22

Размер шрифта
-
+
Тема

куда вы собрались-то? Парни! Это самое... Светка!

— С волом не можешь справиться?

Шут повернулся к Свете. Потом еще раз оглядел комнату. У него была большая и сильная рука. Мне показалось, что Света упала еще до того, как он ее ударил. В воздухе мелькнули длинные голые ноги. Словно растопыренные в знаке «Victory» пальцы.

Спиной она угодила прямо на стол. Что-то звякнуло. На книжные шкафы брызнул маринад. Лежащая в осколках и объедках Света напоминала фигуру на ростре фрегата. Корабль не выдержал тяжелого плавания и на всех парусах шел ко дну. Спустя очень длинную секунду вслед за ней на пол свалился низкий стульчик.

* * *

В прихожей кто-то бубнил, что волам только дай волю... нельзя волов распускать... ты же понимаешь! Сообразить, как зашнуровываются ботинки было нелегко. Последний раз я так напрягался, сдавая экзамен по тригонометрии. Я похлопал себя по карманам. Интересно, что именно я забыл?

Уже открыв дверь, я решил, что неплохо украсть немного сигарет. По комнатам бродили голые, полуголые и совсем не голые люди. На кухне я поискал в холодильнике пиво. Эпоха чудес закончилась еще до моего рождения. Я налил себе немного водки. Сигареты обнаружились только в комнате. Пачка была смята так, будто ночь напролет танцевала ламбаду с Чикатило.

Через экран телевизора ползли серые полосы. Эдик сидел, с ногами забравшись в кресло. Курил и покусывал губы. На его лице краснела Светина пятерня.

— Уже уходишь?

— Да. Пойду.

— Может, выпьешь? А то все расползлись.

— Да я только что. Счастливо, Эдик!

Я обернулся.

— Володю не видел? Хочу попрощаться.

— Там где-то.

Проходя мимо ванной, я услышал шум воды. Они не заметили, как я открыл дверь. Света сидела на корточках. Шут полотенцем смывал с ее лица и груди кровь. Он все еще был пьян и слегка покачивался.

— Ну что ты, Светик?.. Ну что ты?.. Не плачь... Ты же знаешь... Не надо...

— Не буду... Сейчас... Я не буду плакать...

— Ты — моя душечка, пончик-ватрушечка... Да, Светка?

Света поднимала на него заплаканные глаза.

— Да.

— Пончик-ватрушечка, да?

— Да... Пончик... Ватрушечка... Спасибо тебе...

Он кренился и целовал ее в макушку.

— Светка... Ты же знаешь...

— Я уже не плачу... А ты — моя ватрушечка...

Я аккуратно закрыл дверь и вышел из квартиры. В тот день, ближе к вечеру, начался первый за все лето дождь.

История третья,о голосе голода и голове голого

— Куда бы нам пойти, а? Что здесь поблизости, а?

— До хрена чего! Здесь все поблизости! Хочешь, в «Метро» пойдем?

— Нет, в клуб не хочу. Пойдемте куда-нибудь выпьем.

— Просто выпьем? А потанцевать?

— Пойдемте в «Сундук»? Дженнет, вы пойдете в «Сундук»?

Я знал это заведение. «Сундук» из тех баров, где у хозяев не хватило денег на живую музыку и они развлекают посетителей другими средствами. Например, бармен с расстояния в полметра вдруг начинал общаться с вами через мегафон. Или в туалете вместо туалетной бумаги вы обнаруживаете мятую газетку («Для старообрядцев») и рулон наждака («Для любителей острых ощущений»). Над унитазом висит «Список лиц, которым разрешается не поднимать стульчак». Под номером восемь значится Венера Милосская.

Сологуб уверял, что нам понравится.

— А далеко это?

— Да нет! Минут за пятнадцать пешком дойдем!

— Да, Жанночка... понравится... пойдемте... пешком.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.