Мальчик, который ел призраков стр. 26
Он покачал головой:
– Нет, Изабель, точно нет. Не считая пропавшего Стивена, но он даже знакомым не был. И он не мёртв. А что?
– Да так, пытаюсь хоть что-то понять.
Изабель не стала распространяться, мысль была слишком безумной. Она подумала, вдруг Генри поглотил призрака кого-то из знакомых, это могло на него повлиять.
В то лето, когда Изабель приехала домой после первого года учёбы, ещё до Джо, они много времени проводили с Генри. Однажды он пришёл поникший и рассказал, что в уличной стычке погиб его знакомый, Дирк. Они не были друзьями, но учились в одной школе и часто пересекались. Кажется, это была первая смерть ровесника и знакомого, она расстроила Генри. Изабель хотелось ему помочь, поэтому она пошла вместе с Генри на похороны.
Она ненавидела все эти обряды и восковые лица трупов, но Дирка помнила, он бывал у Генри на днях рождения. Правда, Изабель не настолько скорбела, держалась в сторонке, а когда Генри стремительно унёсся прочь, последовала за ним.
Брат нашёлся у очередной могилы. Он упирался в приподнятый над землёй каменный саркофаг, его тошнило прямо в пыль.
Как оказалось, Генри коснулся трупа. Он не собирался впитывать остатки жизни Дирка, но то ли вышло случайно, то ли призрак оказался прилипчивым. Генри ощущал эмоции тех, кого он впитывал, но оттенки, отдельные детали. Поэтому легко мог рассказать, где же ключ, запрятанный дедушкой, от сундука с наследством. Проще простого, съев остатки жизни этого дедушки.
Генри называл это историями. К нему приходили истории. Он вплетал их в собственные, воплощённые на бумаге.
Со знакомым вышло насыщенно и болезненно. Воспоминания Дирка о жизни стали слишком яркими, выворачивающими изнутри, его эмоции отразились не следом в уголках глаз, а настоящим каскадом, бившимся в черепной коробке Генри.
Это прошло спустя пару дней. Но Генри больше не ел призраков знакомых и на похороны не ходил. Только бабушки, но там надел перчатки и наотрез отказался подходить к телу.
Возможно, если сейчас произошло что-то подобное, это повлияло на Генри. Правда, с чего ему тогда от цыплёнка отказываться?
Правда, совсем «сейчас» Генри уже успел сцепиться кем-то у бара. Изабель не слышала разговор, но видела, как Генри что-то яростно доказывал бородатому детине в футболке рок-группы.
– Твой брат не может жить спокойно, – усмехнулся Зак.
Детина не выглядел грозным, скорее, раздосадованным. Изабель подумала, что ещё сока ей не помешает, и тоже направилась к бару. Правда, тот тип уже удалялся прочь, а Генри с раздражением подвигал к себе стакан, на удивление, тоже с соком.
– Здесь же я трезвый водитель, – заметила Изабель.
– Да я выпил один коктейль, а ощущение, как пять! Напиваться не собираюсь.
– Скорее всего из-за недостатка «еды». – Изабель взяла сок, но уходить не торопилась. – Тебе обязательно начать с кем-то выяснять отношения? Можно же промолчать.
– Да нельзя!
Генри провёл по волосам, приглаживая их, но тут же с раздражением растрепал.
– Можно, – буркнул он. – Но мне нужны такие встряски. Эмоции.
Генри любил действовать, а выбрав направление, уже не сомневался. Пёр, как локомотив с отказавшими тормозами, увлекая за собой всех, кто оказался на пути.
Изабель помнила, как мать любила контролировать детей, объясняя это заботой. И она правда беспокоилась. Изабель больше соответствовала представлению о «нормальном ребёнке», а вот Генри с